Телепорт

Вопрос про семью спустил Безмерного на землю. Нет, конечно, он не сидел те два часа на своем месте. Следом за коротким выступлением Николая Матвеевича замдиректора вышел на сцену. Он оживленно показывал бизнес-проект, рассказывал о проведенных в конце апреля первичных испытаниях, вступал в полемику с другими учеными, на примере графиков доказывал свою правоту, но именно разговор о детях и жене вывел его из глубокой задумчивости. Как показал их последний разговор, она тоже сомневалась… в нем.

– Я готов отвечать за ее безопасность головой.

Как вы правильно заметили, Галина Дмитриевна моя супруга…

– Головой – это, конечно, хорошо, – прошамкал кто-то из присутствующих. – Однако ваша голова, Кирилл Анатольевич, нам еще пригодится. В связи с этим рабочая комиссия считает, что вами неверно выбрана кандидатура подопытного. Выберите для эксперимента кого-либо из преступников, приговоренных к длительному сроку заключения и не имеющих близких родственников.

– Я могу привести цифры, подтверждающие верность расчетов.

Тем более эксперимент показал, что предметы перемещаются в пространстве строго по заданным координатам. При этом они не теряют ни единого атома. Антон, покажите…

– Кирилл Анатольевич, не стоит. Все расчеты мы видели, наши эксперты согласны с вами, что пуск должен пройти без сбоев, но ради безопасности доктора физико-математических наук Викторовой мы требуем, я подчеркиваю – требуем, чтобы вы выбрали другую кандидатуру. Мы уже запросили списки в региональном УФСИНе.

Их вам представят в ведомстве на будущей неделе.

Спорить не имело смысла, но и исполнять требования начальства Безмерный не собирался. Конечно, первый официальный пуск пусть проводят, на ком хотят. «И на чем хотят», – добавил про себя Кирилл. Уже на следующей неделе он будет распаковывать аппарат в собственном кабинете Силиконовой долины.

3. Душа | 13 мая 2031 год | остров Русский

Утро выдалось серым. Дождь по-прежнему хлестал по окнам.

Сильный ветер клонил деревья к земле. Автомобили подвывали, когда срабатывала сигнализация. Синее море стало темнее черного. Высокие волны поднимались и разбивались о каменистый берег. Хлеба в местных магазинчиках не было второй день. Жизнь медленно, но верно замирала. Шторм не прекращался.

Дома пахло сыростью, постельное белье и одежда пропитались влагой, ноги мерзли даже в теплых носках – отопление отключили две недели назад.