Телепорт

Машенька невольно прислушалась: Галла рассуждала о душе, как будто ее существование никогда не вызывало у нее сомнений, при этом она ее спокойно разложила на мельчайшие частицы. Девушка невольно фыркнула: «Душу – на атомы… Аж два раза… как же!» Машенька громче зацокала каблуками по бетонному полу.

– Я вам еще всем докажу, что это нематериальная система, которую нельзя разложить на атомы и тем более переместить из точки «а» в точку «бэ»…

Если бы Машеньку здесь и сейчас спросили, почему она так упирается в идею души и невозможности ее телепортации в современных условиях, она бы ответить не смогла, но, несмотря на это, продолжала упорствовать.

«Доказывать только придется уже не в ДВО РАН…» – подзуживал внутренний голос. Девушка снова фыркнула:

– Ну и ладно! Меня любой университет заберет! – безусловно, так и было. До получения красного оставалось еще два месяца, а Машеньке уже сделали пять предложений по работе, в том числе в зарубежных научных институтах. Правда, об этом она так никому не сказала, даже Георгию Михайловичу.

Он бы точно настаивал на ее отъезде в США, а на это девушка была не готова.

Часы в холле на проходной показывали начало восьмого. Охранник Александр Михайлович Новослов сидел в своей каморке, читал книжку. Мужиком он был справным, в свое время спортом занимался. Потом работал в каком-то музее научным сотрудником, а на пенсии попал под сокращение. «Вот так вот, работаешь всю жизнь, работаешь, все силы отдаешь, можно сказать душу, и на тебе – увольняйся по собственному желанию!!! А у меня, может быть, и не было этого самого собственного желания!» Машенька снова фыркнула, Александр Михайлович вздрогнул, поднял голову.

– Машенька, здравствуйте! – он всегда называл ее на «вы». – Вы так рано сегодня уходите… На вас лица нет! Что-то случилось?

– Да, – Мария махнула рукой, положила ключи на полочку перед охранником, потянулась за ручкой. Пока расписывалась, что ключи сдала, и за противопожарную безопасность, добавила: – С Кириллом Анатольевичем общего языка не нашла… Он меня уволил… Сказал, чтобы завтра заявление по собственному желанию на столе у него лежало…

– Машенька, да это он сгоряча! Вспылил наверняка! Все образуется, не беспокойтесь.

Утро вечера мудренее, – приободрил охранник девчонку.

– Нет уж! Дудки! – Машенька фыркнула. – Спасибо, Александр Михалыч, за поддержку. Пойду домой, постараюсь поспать…

Машенька вышла из главного здания ДВО РАН и побрела в сторону общежитий.