Телепорт

Перед ним стояла маленькая хрупкая девушка, лицо измазано помадой, тушь потекла, волосы взъерошены, пальто все в грязи, а за ней, как и планировалось, но только в неестественной позе, сидела Галла. Голова повисла на груди, одна рука свисала плетью, другая лежала на столе, ноги, немного согнутые в коленях, неуверенно опирались на пол. Глаза закрыты. Галла по-прежнему была одета в черный облегающий свитер и узкие брюки. Казалось, что женщина просто спит.

Лицо Кирилла Анатольевича исказилось ужасом.

Он отодвинул Машеньку. Просто взял студентку за плечи и переставил на другое место. Никаких усилий ему для этого не потребовалось. Безмерный был в два раза больше Маши Кротовой. Двумя огромными стремительными шагами пересек то расстояние, которое отделяло его от любимой женщиной.

– Галя! Галя!!! – он продолжал выкрикивать ее имя, тряс за плечи, голос срывался на крик. Ответом ему было безвольное мотание головой. Рука сползла со стола, повисла. Нижняя губа немного отвисла, на подбородок медленно стекала слюна.

– Прекрати! – прикрикнула девушка, спохватившись, добавила: – те…

Кирилл повиновался. Он отпустил жену и отпрянул на шаг. Машенька подошла к Галине Дмитриевне, пощупала пульс: как ни странно, но он оказался практически в норме, едва ли учащенный. Машенька подошла ближе, поднесла ухо к губам – дышала Галина шумно, с похрипыванием, долгими перерывами. Окинув быстрым взглядом стол, схватила острозаточенный карандаш и молниеносным движением ткнула в безвольную руку – та вяло дернулась.

– Фонарик дайте и выключите свет.

В темноте Машенька приоткрыла Галле один глаз, другой – зрачки на свет не реагировали.

– «Скорую» вызывай… те, Кирилл Анатольевич…

Девушка положила фонарик на стол и повернулась к замдиректора.

– «Скорую»? – переспросил мужчина. Он стоял, бледный как полотно, переводил взгляд с жены на Машеньку – за всю свою недолгую жизнь девочка никогда раньше не видела в чьих-либо глазах столько ужаса.

Впрочем, она вообще не видела ужаса. Она была тихим, домашним ребенком, который посвящал все свободное время учебе, а в старших классах работе.

– Да, Кирилл Анатольевич, бригаду скорой медицинской помощи, – она пожалела, что не ушла домой.

– Но я не могу! – возмутился он. – Меня посадят!

– Посадят, – только и кивнула Мария, уверенная, что именно так и будет. И, возможно, посадят не только его одного.

Они помолчали.