Своей дорогой

Кире он всякий раз советовал держаться подальше от тех дружин, подумать о матери и заняться делом, которое ему по душе. Да вот только Кире и было по душе это бунтарство и риск.

Наконец, когда половина летнего сезона рысистых бегов уже прошла, они договорились встретиться у ворот Успенской церкви, чтобы вместе пойти на ипподром. Саша стоял у калитки, ворошил в кармане горстку старых сушёных семечек и смотрел по сторонам, ища глазами Кирю. Рукавом рубахи он утёр пот со лба, снял фуражку и стал намахивать ей из стороны в сторону в надежде хоть немного охладиться от июльской жары.

Пробило двенадцать. Кирилл всё не шёл. «Опоздаем ведь», – думал Саша, доставая семечку из кармана. Он не стал щёлкать её во рту, как делали все, а аккуратно разделил ногтями кожуру на две части и достал слегка желтоватую сердцевинку. Только собрался её съесть, как мимо проехала девчонка на велосипеде. «Велосипед „Лейтнер“, такой модели нет в каталогах, видимо, сделано на заказ», – машинально отметил Саша, потому что всё его внимание привлёк костюм девочки. Она была одета в свободную белую рубашку-куртку и широкие шаровары. Следом за ней ехали мужчина и женщина, они весело переговаривались и, судя по всему, приходились ей родителями. Саша оценил велосипеды ещё раз и подумал, что вряд ли они из их посёлка. Это во-первых, а во-вторых, не носили у них ещё таких костюмов.

– Э-э, эй, Саша! Да что ты там?! Уставился так, как будто жандарма на стрёме увидел, – раздался за спиной низкий, хрипловатый голос Кирилла.

– Ух, напужал ты, Киря, – Саша даже выронил очищенную семечку из рук. – Видел, мамзель прокатила на заказном «Лейтнере»? Интересно, кто такая. Не из наших.

– Так легко выяснить, пошли следом – мигом узнаем, где живёт. Потом я по справочнику выясню, есть у нас такой со всеми адресами.

– Нет, Киря, мы же на бега собирались. Времени уже в обрез, да и некрасиво это – выслеживать. А ты почему так долго?

– Попросили меня пару газет разбросать, задержался.

– Понятно, опять за своё.

Пошли быстрее – лошади побегут, ждать нас не будут.

К началу они успели, даже успели сделать ставки. Однако до конца не досмотрели, потому что Киря вспомнил вдруг одну важную новость, но на ипподроме было слишком громко, и Саша ничего не смог разобрать.

– Теперь говори, – потребовал Александр, когда ребята оказались в берёзовой аллее. Кроме них там никого не было, и даже сквозь шумевшую на ипподроме толпу были слышны трели дроздов.