Верните Душу марионетке

«Мэй! Поставь барьер!»

Мэй услышала зов Хока. Она не сразу поняла, зачем он это сказал, но попыталась поставить вокруг себя мысленный щит. И она не смогла.

Помещение содрогнулось от страшного крика. Рачерс упал на колени, его лицо исказилось до неузнаваемости. Вместе с ним упала на пол и Мэй.

Она уже не была собой. Ее тело попало под сильнейший удар, все мышцы и кости пронзило насквозь невидимым током. Она с силой сжала голову руками, пытаясь выдавить из нее острые осколки, вонзившиеся ей в мозг. Мэй ничего не видела перед собой, не слышала она и своего крика на фоне воплей их жертвы, не чувствовала холодный пол под собой.

Везде и всюду была только эта давящая со всех сторон боль и пустота за ее пределами.

Боль отступила также внезапно, как и появилась. Все это длилось всего несколько секунд, но Мэй они показались вечностью. Она лежала, боясь пошевелиться, и мысленно твердила себе, что это она, Мэй, а не кто-то другой. И не она сейчас подверглась удару, а их противник, это была его боль, не ее.

Вбивая себе это в голову, она постепенно приходила в себя.

Над собой она увидела встревоженное лицо Лам. Выбежав из своего укрытия, девочка опустилась рядом с ней на колени и гладила ее по волосам. От нее исходила настолько сильная волна сопереживания и доброты, что Мэй совсем успокоилась. Лам помогла ей встать.

«Мэй так и не научилась ставить хорошие барьеры», – пронеслась в ее голове мысль Айн.

Айн стояла рядом с телом задыхающегося Рачерса, искала что-то в его сумке на поясе.

На ее грязном лице у виска блестела свежая рана от удара.

Она достала из сумки Рачерса наручники и надела их на хозяина. Оба его бластера были обезврежены и лежали в глубине рубки.

Хок сидел поодаль на полу. Он сложил руки на согнутых коленях, прижимая ладонью левое плечо, и положил на них голову. Этот удар потребовал много сил, которых у Хока оставалось все меньше. Красное пятно на куртке продолжало расплываться.

К Рачерсу тоже стало приходить сознание. Он зашевелился и обнаружил себя скованным в собственные наручники.

Айн подняла бластер Мэй и направила на него.

– Теперь ТЫ будешь делать то, что мы тебе скажем.

Рачерс смог приподняться и сесть. Кожа у него была почти такая же бледная, как у Лам, светлые волосы редели, а злые глаза смотрели на всех с презрением.

– Бесполезно давать мне приказы. Я отправил за подмогой, и скоро сюда прибудет отряд зачистки. Они разнесут всю станцию, и я умру вместе с вами, – Рачерс злобно рассмеялся.