Верните Душу марионетке

Мэй не успела заметить, как выглядел дом местной жительницы. Они оказались в самой дальней комнате перед стеной, на которой весел старинный гобелен. На нем был нарисован всадник, оседлавший копытное животное, которое они встретили в лесу. В руке всадник держал знамя с фамильным гербом королевской семьи, как на амулете Кайро.

Кайро отдернул гобелен, перед ним была пустая каменная стена. Он слегка надавил на ее, и стена стала медленно отъезжать в сторону. Это была стальная дверная панель, замаскированная под обычную каменную кладку.

За ней они увидели вполне современную металлическую лестницу, спускающуюся вниз в просторный коридор. В нем поочередно лампа за лампой загорался голубоватый свет, тускло освещая грязные стены. Такой коридор можно было встретить на судне космических кораблях и станциях, но никак в подвале обычного дома.

Они осторожно стали спускаться по трапу вниз. Коридор закончился еще одной панелью. Кайро открыл и ее, а за ней была еще одна лестница, более широкая и длинная. Она уходила глубоко под землю, конец ее был скрыт в полутьме.

Мэй со стоном облокотилась о стену. При виде тысячей ступеней у нее пошла кругом голова.

Кайро подошел к ним и здоровой рукой обнял ее за талию с другой стороны. Передвигаться, имея поддержку сразу с двух сторон, стало значительно легче. Они быстро спускались, перемахивая через несколько ступеней.

– Там внизу находится наше убежище. Лифт здесь не работает, – Кайро словно извинялся, – он съедает много энергии, а она важна для нас как вода.

Это что-то вроде огромного бункера размером с город. Он находится под слоем защитного материала толщиной в несколько метров. Он спасает от землетрясений, наводнений, в нашем случае от взрывов и радиации.

Шаг за шагом они преодолевали спуск. Если хоть немного не двигать ногами, то они будут волочиться, больно ударяясь о ступени. Поэтому она заставила себя перебирать ими, порхая с одной ступени на другую.

Лам бежала спереди, топот от ее ботинок обрывался в темноте, оставляя после себя приглушенное эхо.

Сзади и с обеих сторон слышалось сопение – устала не только Мэй, но и шедшие за ними старики и дети. Айн бодро и с невозмутимым видом вышагивала рядом.

Минуя не одну сотню ступеней, они остановились перед еще одной тяжелой панелью. Кайро отпустил Мэй и так же легко открыл и эту. Панель со скрипом и скрежетом отъехала, из расширяющегося проёма повеяло невообразимым ароматом, состоящим из неприятных запахов гнили, сырости и пота.