Чего не может бог

Значит, – продолжал Вальтер, – наш киднеппер не шибко-то верит в то, что ты не обратишься в полицию, и на тот случай у него есть план. Он готов к ответным действиям, и боюсь, что к самым решительным. Что он тебе сказал?

– Ты никогда не увидишь сестру… – Катя побледнела.

– Поэтому мы будем действовать сами, – Кононов снова отхлебнул кофе. – Нам нужно его переиграть.

– Но как? – Катя развела руки в стороны, веером растопырив пальцы.

– Сначала, Катенька, – тон Вальтера оставался размеренным и спокойным: так говорят люди, которые точно знают, что делают, и не допускают сомнений в том, что потерпят фиаско, – нам нужно понять мотив.

– Да какой там мотив! – всплеснула руками Катя. – Он же псих! И деньги ему не нужны.

– У каждого даже самого конченного психа есть своя логика, – не согласился Вальтер. – Пусть она кривая, но она всегда есть. И если её понять, то…

– Но в чём его логика? В чём? – перебила Катя.

– У меня есть убийственная версия на этот счёт, – несколько мгновений Вальтер, не моргая смотрел ей прямо в глаза.

 – Ведь ты у нас кто? Красавица. Финал прошлогоднего Мисс Санкт-Петербург, если мне не изменяет память?

– Не дошла я до финала, – фыркнула Катя. – Да причём здесь это?

– Ты лакомый кусочек для мужчин, Сапрыкина.

Катя поморщилась.

– Не называй меня по фамилии.

– Лакомый, но недоступный, – закончил Вальтер.

– Ты думаешь, он просто хочет меня трахнуть?

– Ну, может, не просто, а м-м-м… изысканно…

– Ты хочешь сказать, с извратами?

Вальтер кивнул.

– И возможно, не раз…

– И не два, – добавила Катя, задумчиво. – Ты это серьёзно? – она вскинула чёлку.

– Если у тебя есть другие версии, излагай, – Кононов опёрся подбородком о сплетённые перед собой пальцы рук, делая вид, что приготовился внимательно слушать.

Версий у Кати не было.

Кононов, назвавший её красавицей, не сильно грешил против истины. Большие, цвета ультрамарин глаза. «Линзы?» – спрашивали Катю. «Свои», – гордо отвечала она. Длинные от природы ресницы.

Роскошные, русые, золотисто-тёплые волосы. Густые и шелковистые. Тоже, кстати свои, от природы. Чуть-чуть вздёрнутый носик и очаровательные ямочки на щеках придавали Кате по-лисьи хитренький, озорной и задиристый вид, когда она кокетливо улыбалась, скосив глазки в сторону. Когда же она всерьёз или в шутку хмурилась, сведя брови, когда начинала глядеть исподлобья, ямочки исчезали, и из прелестной лисички Катерина превращалась в женщину-вамп, неотразимую и роковую.