Чего не может бог

Только понимающе кивает в такт произносимым словам. Он безупречный слушатель. Он во всём безупречен. «Жаль, что не мой типаж», – в тысячный раз подумала Катерина.

– А вот этот может, – произнёс Вальтер, когда Катя закончила. На скулах его заходили бугры желваков.

– И что делать теперь? – Катя смотрела на Кононова с мольбой, как на спасителя, как на единственную соломинку, за которую можно было бы зацепиться.

– Мы пробьём твоего папика, – уверенно заявил Вальтер.

В иной другой ситуации Катя бы возмутилась.

Она сказала бы, что никакой Воронцов ей не папик, и никогда таковым не являлся. Она сказала бы, что у ней никогда не было папиков. Она сказала бы, что и не будет. Она многое что сказала бы ещё по этому поводу… Но сейчас, просто недоуменно спросила: «Что это значит, пробьём?»

– Пробьём, Кать, означает, что с человеком поговорят. Да так, что он расскажет всё, что надо и что не надо.

– И как же ты это сделаешь?

– Видишь ли, у меня есть родственник, который, – Вальтер сделал паузу, подбирая слова, – скажем так, имеет определённый авторитет в неких криминальных кругах.

– Бандит, что ль? – обеспокоилась Катя.

– Бандиты, Катюша, – Вальтер снисходительно улыбнулся, – все вымерли в девяностых. А те, кто остался давно сидят в мэриях и Госдуме. Мой родственник, – он положил свою руку на Катину, – человек законопослушный. Просто знает, что хочет, знает как говорить с людьми, и умеет вести дела. Так что, если твой папик причастен…

Катя поморщилась.

– … Твой Воронцов, – всё понимающий Вальтер тут же поправился, – ему просто конец.

– В смысле, конец? – ещё больше напугалась Катя.

– Не бойся, – Вальтер по-доброму рассмеялся. – Никто никого не убьёт. Никто никому не будет прикладывать к брюху утюг. Сейчас методы бескровные и изящные.

– А может, это не Воронцов, – засомневалась Катя. – Может, это тот бородач, что к нам в дверь звонил?

– Кать, а ты уверена, что был этот бородач? – Вальтер покачал головой. – Ты его видела? Ты уверена, что Ленка твоя его не придумала?

Теперь покачала головой Катерина.

– Вот то-то же. – Он слегка сжимал её руку и пристально глядел ей в глаза. – Теперь слушай меня. Насчёт камер не беспокойся. Забей. Не стоит лазать по деревам, и выискивать их. Ну что он может увидеть? Только то, как ты выходишь и входишь в подъезд? Камеры ему нужны только, как психологическая атака. Чтобы больше боялась его. Вот и сделай вид, что боишься. Делай пока всё, что он скажет. Не перечь.