Ради тебя

Кое-как раздевшись и укутавшись в уютный, теплый, домашний халат, я рухнула в постель. Добраться до ванны сил уже не было. Отключенный мобильный я положила рядом на прикроватный столик. Выпитые в клубе коктейли немного покружили мою голову, пока я не погрузилась в крепкий сон.

Утром я резко проснулась и сразу посмотрела на часы. Увидев спросонья часовую стрелку около девяти, я быстро соскочила с кровати. Но пока искала свои тапочки, вспомнила, что сегодня выходной, суббота. Слава Богу. Во рту стоял неприятный запах и мучила изжога, кучерявые волосы спутались и стояли облаком вокруг головы, а глаза залипли от несмытой туши.

Какой кошмар. Видел бы меня Олег, ужаснулся от такой «раскрасавицы». Черт, Олег!

Я дрожащими пальцами включила телефон и стала ждать приходящих смс.

Их было всего две, но краткие и ёмкие: «Больше не звони мне» и «Прощай».

Я снова упала на кровать и стала плакать. Слёзы никак не заканчивались и стали поддерживаться всхлипами, которые вскоре перешли в икоту.

В таком унылом состоянии меня нашла мама и сразу включила психологическую помощь.

– Девочка моя, что случилось? Давай-ка вставай, чтобы не произошло, оно того не стоит. В жизни есть только одно событие, которое достойно слез – когда не успел сказать «люблю» ушедшему на тот свет человеку. А так, все живы-здоровы, правда ведь?

Я кивнула, продолжая лить слезы и не желая успокаиваться. Мама погладила меня по плечу и тихо сказала:

– Через пятнадцать минут жду тебя на кухне – умытую и успокоившуюся, тогда я смогу тебе помочь за чашкой чая и свежими булочками.

Подумай. Или – на выбор – можешь жалеть себя дальше и плакать, только это ничего не изменит. И в таком состоянии никто тебе не советчик.

– Он бросил меня! – горько простонала я между всхлипами. – Как он мог! Он же говорил, что люби-и-ит меня…

– Значит, первый вариант? Ты мне все расскажешь, но не сейчас, а на кухне. Жду тебя, милая. – Мама осторожно прикрыла дверь, и я минут пять еще промокала свою подушку солеными слезами.

Наконец, я почувствовала, что выдохлась и на меня напало какое-то странное оцепенение. Как-будто мне все равно. Я медленно встала, подошла к зеркалу и нахмурилась. Это толстое, зареванное чучело – точно не я. Кристина – это приятной полноты симпатичная девушка с милыми кудряшками. Я быстро протерла покрасневшее от рыданий лицо ватным диском, смочив его очищающим лосьоном, потом минут десять расчесывала свои кудри, пока они не легли ровными локонами на мои плечи.