Дитя Ириса. Истоки

А потом покажи этим уродам, на что способна!

– Знаешь, я всегда мечтала только об одном: жить свободно и быть собой, не подчиняясь ничьим требованиям. Но мне снова и снова приходится доказывать, что я имею на это право, – вытерев слёзы и шмыгнув носом, я уткнулась лбом в плечо друга. – Я устала… как же я устала.

– Нужно верить, что всё получится. Только тогда это обретёт смысл, – Дэвид мягко отодвинул меня и поднялся на ноги. – Мне пора.

Крепко обняв меня на прощание, он ушёл патрулировать безлюдные улицы семнадцатого Фильтра.

Я лежала, распластавшись на спине, и размышляла, когда же всё это закончится. Что ещё мне нужно сделать, чтобы выжить? Нет, не просто выжить, а жить так, как мне всегда хотелось. Если я не хочу, чтобы мной помыкали, пусть даже Стражи, придётся найти такое место, где их нет. Может быть, там за пустыней есть свободные земли, и я смогу наконец успокоиться и отдохнуть?

Я бы отправилась в таинственную Обитель, где меня ждёт «любимый», но не знала, как её найти. Да и давненько уже не звучал в голове этот далёкий и родной голос.

Может статься, он забыл обо мне, а то и вообще приснился. Последний раз он звал меня во время перехода.

Когда первый рассветный луч раскрасил небо в нежно-розовые и золотистые тона, я уже знала, куда отправлюсь.

Глава 3

Споткнувшись о камень, я упала, распластавшись на горячем песке. Снова. Ноги стёрлись в кровь, и единственное, о чём я могла мечтать – это глоток воды. Замерев, прикрыла глаза, пытаясь перебороть головокружение.

Вода, набранная в небольшую фляжку, положенную Арзулом, закончилась ещё вчера; пищевые таблетки и того раньше.

Яркое жгучее солнце стояло высоко над головой. Казалось, я высохла изнутри: глаза распухли от песчаных ветров; кожа на лице и руках давно потрескалась и покрылась волдырями, похожими на чешуйки бунии – так плотно они покрывали тело. Я не знала, что лучше – идти босиком, обжигая пятки раскалённым песком, или продолжать путь в ботинках, несмотря на кровавые мозоли и набившийся внутрь песок.

Всего пару недель назад я считала, что смогу всё. Освобожу сестру, сдвину горы, закрыв Фильтр навсегда, и заставлю расти деревья там, где захочется. Но сейчас я лежала ничком на горячем бесконечном песчаном море, ноги кровоточили, а горло сжималось в безмолвном крике. Я бы рассмеялась, если бы хватило сил. Глупая Оливия, решившая, что сможет выжить в пустыне, валяется в лохмотьях, умирая от жажды.

Чудо, что я умудрилась до сих пор остаться в живых.