Дитя Ириса. Истоки

Присмотревшись, разглядела, что он держит перед моим лицом нечто, похожее на очень большую картофелину тёмно-синего цвета.

Я не смогла поднять руку, поэтому пришлось открыть рот, позволяя влить в меня непонятную жидкость. Знала, что это глупо, но что ещё оставалось делать? Можно было упрямо сжать губы и остаться лежать посреди пустыни. Наверное, так и стоило поступить. Едва сладкий сок коснулся губ, я наполнилась блаженством и начала глотать, захлёбываясь. Никогда не пила ничего вкуснее!

Взгляд сфокусировался на том, кто поил меня словно младенца.

Незнакомец был обмотан несколькими слоями рваной ткани, которая развевалась на ветру, создавая иллюзию размытости. На лицо падала тень, не позволяя определить, кто это – мужчина или женщина. Руки и ноги тоже замотаны в ткань, лишь тонкие пальцы высовывались, держа фрукт перед моим лицом.

– Хватит, – прокаркал человек, убирая картофелину в наплечную сумку, лямка которой проходила через спину и плечо.

Какое-то время он стоял, наблюдая за мной, а потом его фигура начала расплываться.

За его плечами разгоралось пламя, сотканное из лоскутов и подсвеченное солнцем. Лицо превратилось в застывшую маску с заострённым клювом, длинные руки-крылья потянулись ко мне когтистыми скрюченными пальцами, и я почувствовала, как ускользаю в темноту. Но не так как раньше – теперь я понимала, что растворяюсь, и это блаженное чувство разливалось по венам, даруя отдых измученному телу.

Глава 4

В этот раз память услужливо предоставила всё произошедшее, ничего не утаивая.

Я не чувствовала обжигающего жара пустыни, но и холодно не было. Пошевелить руками или ногами не могла – сил совсем не было. Интересно, где я на этот раз?

– Очнулась? – снова этот голос: скрипящий, отрывистый. – Садись и попей, а потом поговорим.

Хотелось сказать, что у меня не получится встать, но всё же я попыталась подняться. Кое-как разлепив тяжёлые веки, рассмотрела помещение: местами рваная ткань была натянута на тонкие доски с трёх сторон, четвертой оказалась стена из камней, наваленных друг на друга; на полу лежала плетёная подстилка, почти полностью засыпанная песком.

Голова закружилась, едва я оторвала её от земли. Пришлось потратить несколько минут, чтобы поднять измученное тело, но это того стоило. Человек ждал, не предпринимая попыток помочь и не выказывая никаким образом, что ему меня жаль. Когда я наконец уселась, подогнув под себя ноги, мой спаситель подал очередной фрукт – вытянутый и узкий.