Дитя Ириса. Заветы и клятвы

– Значит, ты пришла за ответами? Как посмела ты привести сюда грязную кровь? Рождённые в Фильтрах должны оставаться там! Здесь не место загрязнённым! – мужчина вскинул руки, и толпа вокруг одобрительно загудела.

– Я не понимаю, что значит грязная кровь, и почему вы называете моих друзей загрязнёнными? Вы знаете про Фильтры? – не удержавшись, выпалила я.

– Твоя дерзость не имеет границ! Ты говоришь с вождём племени Носсеа! Да покарает тебя Ирис! Ты нарушила границы племени! Привела грязнокровных в наш дом! Подвергла опасности истинных детей Ириса! Во имя чего? Во имя вопросов, которые рвутся с твоих уст? На рассвете, едва великое светило озарит нас своим сиянием, вы будете убиты.

– Первый завет Ириса! Вы не посмеете пролить кровь! – выкликнула я, перебивая и вождя, и взбудораженную толпу.

– Мы сделаем это ради защиты! – пророкотал старик. Вот как, значит… Они имеют право убить нас, если поверят, что мы угроза.

– Я требую права на испытание! – вырвалось у меня.

В последнее время я слишком часто говорю то, о чём понятия не имею. И, кажется, всё делаю правильно, но как же неприятно осознавать, что не понимаю смысла своих слов и поступков. Дикари замолчали, а вождь застыл в изумлении – похоже, я ляпнула что-то веское.

– Ты бросаешь вызов?! – вскрикнул старик и неистово затряс головой. – Да будет так! – Толпа заревела, и со всех сторон раздались довольные визги.

– Что ты выбираешь? Испытание кровью, или испытание поединком? – крики смолкли: затаив дыхание все ждали, что я отвечу.

– Поединок. Я выбираю поединок, – ну что ж, вот я и выбрала свою участь. Теперь пути назад нет. С другой стороны, нас бы всё равно убили на рассвете, ведь так?

– Поединок? – безумный хохот чуть не оглушил меня. – Это будет быстрый бой. Арзул! Я назначаю тебя!

– Это честь для меня! Да будет Ирис справедлив! – мой надзиратель вскинул руку и прижал кулак к сердцу.

– Да будет так! – раздалось со всех сторон.

– Когда светило озарит лес, вы будете биться! Подготовься к поединку, нечистая! Ирис решит твою судьбу! – вождь опустил руки и, развернувшись, растворился в толпе.

Едва люди вокруг разошлись, Арзул поднял меня на ноги и разрезал верёвки, перевязывавшие мои руки и ноги.

– А говорила, что не тупая, – он поцокал языком и прищёлкнул пальцами. – Я Арзул! Великий воин! Я ловчий племени! А ты лишь дитя. Твоя смерть будет быстрой.