Дитя Ириса. Заветы и клятвы

 – Скажи-ка, дитя, каким был твой первый переход?

– Не помню, – я посмотрела на старуху, такую же древнюю, как вождь ирисийцев. Или как их называть? Дикарями? Детьми Ириса?

– Не помнишь переход? Как же ты обучишься своему делу, если не знаешь, что тебе предначертано? Ай-яй-яй, – она зацокала языком и покачала головой. Затем наклонилась и всмотрелась в Кэролайн, отпрянувшую от такой наглости. Что-то прошептав ей на ухо, старуха плюнула на землю и медленно побрела прочь, качая головой и бормоча себе под нос.

– Так что, теперь всё в порядке? Нас ведь не убьют? – Стив нервно крутил головой по сторонам.

– Не думаю, что всё так просто. Не вздумайте выкинуть что-нибудь, ясно? По закону, мы гости племени, но стоит нарушить хоть малейший запрет, нас тут же прикончат, – я оглядела каждого из них, задерживая взгляд на их лицах. Вроде они в порядке и не собираются делать глупостей. Смущал только странно разнервничавшийся Стив. Я посмотрела на Кэролайн, поджавшую губы. – Что она тебе сказала, Кэрол?

– Какая разница? Это просто чокнутая старуха! Ты только посмотри на неё! – девушка дёрнула плечом и опустила голову.

– Слушай, Кэролайн, я опасаюсь того, что дикари могут сделать. Им не нравятся твои волосы. Им не нравимся все мы, – сквозь пелену слёз я с трудом различала лица друзей. Боль в плече стала невыносимой, а нога горела. – Сделайте вид, что вы немые и глухие. Главное, дожить до завтра.

– А что потом? – Аманда наклонила голову и скрестила руки на груди. – Нас и дальше будут так же встречать? Ты будешь драться со всеми воинами в каждом племени? В этот раз тебе повезло, Лив.

– Разберёмся с этим… позже… хорошо? – я прикрыла глаза и почувствовала, что падаю. Сильные руки подхватили меня и уложили на землю.

– С такими ранами не стоит пытаться быть героем, дитя, – сухие ладони целителя прикоснулись к моему лбу. – Сейчас посмотрю, что с плечом, как только отнесём тебя в гивном к твоему раненому другу.

– Куда? – услышала я пренебрежительный голос Кэролайн.

– Гивномы, наши жилища. Тот, под крышей которого вы спали, предназначен для больных и умирающих, – старик замолчал. Кто-то подхватил меня под колени и аккуратно понёс на руках. Да уж, нам выделили шалаш для умирающих. Ну, в принципе, нас ведь собирались убить, так что всё логично.

Меня положили на землю и срезали остатки рубашки. Я открыла глаза, но тут же зажмурилась от боли.