Восемь артефактов для некромантки

Оставшиеся средства девушка убрала обратно в сумку, в очередной раз погладив вышитый саркодовыми узорами мешочек.

Мерти отказался только от одного артефакта, который даже в перчатках не стал брать в руки. Он объяснил это тем, что только тёмный маг может прикасаться к предметам такого рода. Торговец уверил, что артефакт действует как амулет правды, но дополнительные свойства Мерти не видел. Было что-то, но конкретнее никто не скажет.

А вот Эйлис, едва увидев простенький браслет, буквально поедала его глазами.

Пальцы так и тянулись коснуться, погладить бусинки, потеребить плетение и примерить на запястье дивную побрякушку. Вроде и понятно, что не следует трогать артефакты с неизвестными свойствами, но даже саркодовая руда нисколько не уменьшала желание подержать в руках манящий браслет.

– Эйлис? – Бьерн обхватил девушку за талию, разворачивая к себе. – А я тебя везде ищу.

– Зачем? – некромантка отступила назад, чуть не сбив молоденькую адептку.

– Куда ты исчезла из лечебницы? Мне сказали, что тебя привёл какой-то мужчина, – парень посмотрел на тугую косу седых волос и прищурился.

 – Ты сдержала слово.

– О чём ты? – Эйлис оглянулась на шумную толпу и пошла к выходу с рынка.

– Помнишь, ты сказала, что лучше умрёшь, чем выйдешь за меня? Не ожидал, что ты действительно предпочтёшь смерть браку со мной, – Бьерн пристроился рядом, заложив руки за спину, бросил резкий взгляд на бывшую невесту и отвернулся. – Чем я тебе не угодил?

– Тем, что вёл себя так, будто я твоя собственность, тем, что ни разу не захотел даже выслушать меня, не говоря уже о том, чтобы нормально поговорить, – пришлось чуть сдвинуть покупки, чтобы посмотреть в лицо Бьерна.

– Я говорил. Говорил, что ты мне нравишься, что наши дети будут сильными магами. Говорил, что закрою глаза на твой дар и бедность рода, – его губы скривились в злой усмешке. – Чего тебе не хватало? Я молод, богат и хорош собой. Ещё ни одна девица не жаловалась.

– Так и женился бы на тех, кто всем доволен.

Я тебе ничего не должна, и ты никогда мне не нравился, – они уже почти дошли до Академии – впереди показались кованые ворота с квадратной вывеской, на которой витыми буквами был отлит девиз – «Мир узок для тех, кто бредёт в темноте».

– Думаешь так легко от меня избавиться? Твой отец и половину выкупа не вернул. Если в течение трёх месяцев не расплатитесь, я пойду в суд, – Бьерн остановился и сжал кулаки.