Восемь артефактов для некромантки

 – Вы можете расплатиться со мной позже или частями, как вам будет удобно.

– С чего вдруг такая щедрость, магистр? – Эйлис выгнула бровь и скрестила руки на груди.

– Я богат, неприлично богат. Почему бы мне не позволять себе делать такие выходки время от времени. Для меня это пустяк, для вас – жизненно важное решение. Что скажете?

– Мне нужно время, – Эйлис не собиралась радостно бросаться на шею спасителю, избавителю, или кем там себя возомнил магистр. Теперь ей нестерпимо захотелось разобраться, что происходит.

От чего до этого равнодушный декан проявил желание быть наставником, а теперь ещё и деньги предлагает, лишь бы она согласилась?

– У вас его не так много, – в наступившем молчании Олсандэйр медленно склонил голову, прощаясь. – До зимних каникул меньше месяца.

После ухода декана появился кример, снова облетел Эйлис по кругу, приблизился к уху девушки что-то зашептал. Некромантка молча слушала, иногда хмурясь или наоборот округляя глаза в удивлении. Новости были не хорошими и не плохими, они были странными, волнительными и пугающими.

Эйлис громко выдохнула, дослушав рассказ, поблагодарила призрака и поспешила к себе в комнату, чтобы всё обдумать. На половине пути она передумала и резко развернулась в другую сторону.

В последнее время Эйлис избегала Миранну, не желая видеться с Орнией Маркас, но сегодня решительно вошла в общую гостиную целительниц и растерянно огляделась – комната была пуста. Немного постояв в тишине, девушка распахнула дверь в комнату подруги и в немом изумлении бросилась к кровати.

– Мирри, что случилось? – Эйлис погладила по спине целительницу, лежавшую лицом в подушках. Её плечи сотрясались от рыдания.

– Эйлис? Это правда ты? – Миранна подняла голову и повернулась к подруге, громко шмыгнув носом. – Зачем ты пришла?

– Я… Мирри, прости что давно не заходила, просто у меня всё кувырком в жизни.

– Да неужели? А сейчас что изменилось? – шумно высморкавшись в платок, Мирри посмотрела на некромантку.

 – Ты вдруг вспомнила обо мне спустя почти полгода? За три месяца каникул ни одного письма, за два месяца учёбы ни разу не зашла.

– Ты и сама могла прийти, раньше ты всегда находила меня в коридорах Академии, – Эйлис неуверенно отодвинулась от подруги.

– Вот именно. Я всегда первая искала встреч, сама писала тебе на каникулах, сама приезжала в гости с детства, – целительница отложила уже мокрый платок в сторону и взмахнула рукой.