Амир. Часть IV

– Ох, ты солнышко наше, ты только живи, радуй нас собой, он всё сам сделает. А помешать ты ему не можешь, никак уже не можешь, всё для себя решил, теперь только ему и работа, сладкая работа…

– Бороться со мной – сладкая работа?

Она посмотрела на меня снизу вверх мудрым взглядом, неожиданно усмехнулась и тяжело вздохнула, провела ладошкой по щеке:

– Амир жить начал, свет увидел, твой свет, уже не отступится от него, биться с нутром своим чёрным будет как с врагом самым страшным. Не вождь теперь и не ирод, муж тебе…

– Муж…

– Он к тебе душой новорождённой стремится, только страхов много, так много, что сам себя боится.

– Фиса, как он себя боится? Я его не боюсь… никакого не боюсь.

Она согласно покачала головой, ласково улыбнулась, привычно сложила руки на животе и неожиданно ехидно спросила:

– А кто перед Андрюшей в страхах своих признавался? Да прощения просил?

– Я… но Фиса, если только бояться, то никогда ничего не получится, один раз увижу и не буду бояться! Я же теперь не боюсь Андрея, и Амира не буду бояться!

– Рина… да одного твоего испуга уже хватило.

Фиса прошлась по комнате и сказала бушующему морю:

– Амир запись твоего гостевания в его кабинете тыщу раз уже посмотрел, как ты от стола его кузнечиком отпрыгнула…

– Ну и что? Космос какой-то, чего ни коснёшься… сразу истребители, а может, и пушки стрелять начнут. Между прочим, он сам сказал, что я не должна знать, как он меня защищает! Я просто женщина!

– Так он и сказал: ради того, чтобы его жена в его доме спокойно ходила, да ни о чём не думала, страха не ведала, он перевернёт весь мир.

Не знаю зачем, я спросила:

– В халате?

– Так в халате-то самое то и есть… к телу ближе.

И так весело засмеялась, что я тоже расхохоталась, ох уж эта Фиса со своими песнями и намёками.

Первым приехал Роберт, он неожиданно вошёл в столовую, когда мы с Мари тихо хихикали между собой над тем, как Фиса воспитывала Андрея, причём проходилась по его внешности, ничуть не стесняя этим его самого:

– Ты, Андрюша, клювом-то не маши, пора уже песни петь, голос у тебя хороший, громкий, со слухом всяко лучше, чем у некоторых…

Мари попыталась меня защитить:

– Рина хорошо поёт.

– Знамо дело. Андрюша, ты хоть кукарекать будешь, а песня лучше выйдет. Маша ты мачеху-то защищай, правильно говоришь, только Рина у нас не голосом берёт, а душой, токмо душа мелодию не особо слушает… Родя, будь здоров.

– Добрый вечер.

– Здравствуй, Роберт.