Я однажды приду… Часть II

Он что, имя моё забыл? Напоминать не будем, забыл, так забыл.

– Как видишь, я исполнил поручение Наташи.

Глупый генерал, он её подозревает, он думает, что она это специально устроила чтобы мне плохо было, и он привёз Али, как она и предрекла. Чашками я ещё не кидалась, а сковородок, видимо, в этом доме нет, еда по волшебному слову появляется. Я долго рассматривала чашку – красивая, жалко бить, небось, какой-нибудь восемнадцатый век, судя по рисунку и фарфору. Ничего, новую купит.

Я высоко подняла чашку и уронила её на пол, она разбилась на несколько осколков. Какое-то время я рассматривала их на полу, потом подняла глаза на Глеба.

– Глеб, я нарушаю твои непреложные принципы?

Он ожидал чего угодно, но не битья посуды и этого вопроса. У него были совершенно чёрные глаза, которые по мере осознания моего вопроса, сначала стали серыми, потом синими, и снова серыми. Многоцветный мыслительный процесс. Я сидела совершенно спокойная и ждала ответа на свой вопрос.

– Почему мои принципы?

– Наташа не давала тебе поручения, она лишь видит ближайшее будущее, моё будущее. Она знала, что я могу в любой момент отдать… неважно. Глеб, посади меня в сейф, будет легче всем, тебе в первую очередь, а ещё скотчем меня обмотай всю, вдруг ещё что скажу или сделаю.

Высказавшись, гордо встала, во мне всё кипело, вулкан извергался, и я поняла – надо молчать, а то ещё скажу чего-нибудь, и девочкам будет плохо.

Неожиданно в столовую забежала Лея, схватила меня за руку и почти крикнула:

– Перестань, не нужно, перестань. Андрей!

Появился Андрей, схватил меня на руки и перенёс в комнату. Я не успела ничего понять, меня уложили в постель, и оба – Лея с одной стороны, а Андрей с другой, взяли за руки.

– У меня всё хорошо, Лея, всё хорошо! Андрей, скажи ей, зачем, я должна ему сказать, он не понимает.

Андрей вдруг улыбнулся и, взглянув на Лею, ответил:

– Что ещё ты можешь сказать? В сейф ты уже попросилась.

Лея не стала отвечать на его улыбку и была очень серьёзна.

– Катя, не нужно сердиться, волноваться и переживать, тебе это сейчас совсем нельзя. Ты опять ему всё отдала до дна, пустой сосуд. А ещё нам пыталась отдать, мне и Наташе, ты о нас подумала?

Я только кивнула головой.

– Глеб нас не тронет, он понимает, что мы сейчас тебе нужны, мы должны тебя спасти.