Я однажды приду… Часть IV

Прощай, хотя мне хочется сказать до свидания, и только от тебя сейчас зависит, как я с тобой попрощалась.

Кивнула Олегу – тронная речь закончилась. Молчание длилось долго, я не смотрела на Глеба, ведь всего лишь просила выслушать, теперь сам решай, что с этим делать. Наконец, командор приказал:

– Передавай.

А сам подхватил меня на руки, и мы оказались на этаже Глеба. Ну да, заварила кашу, теперь посмотри, что из всего получится, может только топор и останется, этот – томагавк. В своей задумчивости я не сразу увидела, что в зале мы не одни.

Замерев от удивления и внутреннего ужаса, я рассматривала тех существ, которые стояли за столами, висели у потолка, и как-то находились или висели над полом. Командор всё-таки решил показать тех, кто меня охраняет. Надо отдать должное, на меня лишь мельком посмотрели, никаких внимательных и удивлённых взглядов, которые бы меня сейчас смутили, и скажем откровенно – напугали.

Глеб подвёл меня к экрану на стене, и на нём сразу появилось лицо Амира.

Странное ощущение, мне казалось, что Амир должен был как-то отреагировать на картинку, которую ему послал Олег, но никакого движения на лице, даже глаза не изменились. Я посмотрела на Глеба и увидела жёсткую усмешку, сразу решила уточнить:

– Олег ему ещё не успел ничего послать?

– Успел, Амир демонстрирует себя, значит, понимает, что мы за ним наблюдаем.

Но неожиданно Амир вскинул глаза и стал смотреть куда-то вверх, как будто наблюдал за облаками. Я шёпотом спросила:

– Что с ним? Ему Олег так передаёт?

– Амир видит картинку сразу, он так на тебя смотрит.

И опять на лице Глеба появилась жёсткая усмешка, даже губы скривились. Ага, ещё нимб нарисовал и крылья на спине прицепил. Судя по выражению лица Амира, мы оказались правы: он страшно побледнел, кожа на лице натянулась, а на месте глаз оказались страшные провалы, череп, обтянутый пергаментом. Маска ужаса смотрела в небо, и даже рот раскрылся в безмолвном крике, я вздрогнула и прижалась к Глебу, он погладил меня по волосам, тихо произнёс:

– Ничего не бойся.

– Я не боюсь, он должен понять.

– Должен.

Но тон командора был таковым, что стало ясно – если не поймёт, то ему же хуже будет. Амир понял, насколько принял, ещё предстоит выяснить, не всё сразу, поступки покажут, но он едва слышно прошептал:

– До свидания, Катя.

Его лицо постепенно приобрело нормальный вид, кожа стала светлой, глаза приобрели яркий жёлтый цвет.