Два с половиной человека

Больно интимный вопрос для простого сотрудника охраны. Вижу в глазах Гельки лучики самодовольства. Сейчас просто лопнет от гордости, что сразу раскусила беглянку!

– Вы не подумайте, – тут же осекается Соломин, – я Маргариту Викторовну еще по старой памяти Ритой зову. Раньше мы были соседями. Точнее, мы жили по соседству с ее бабушкой. Потом бабушки не стало, а мы съехали – сестра забеременела, вышла замуж, вот родители и разменяли трешку на три однушки. Я Ритку помню еще карапузом в коляске, но сразу узнал в новой хозяйке эту девочку.

– И как бы вы могли охарактеризовать гражданку Туманову?

– Странная она, – выдает Константин. – Я ее за полгода работы у хозяина видел от силы раз десять. В основном когда она куда-то выезжала. С ней работали другие сотрудники. Туманов не позволял никому младше сорока лет ее сопровождать. Ревновал, видимо. Но Рита вообще чаще одна ездила, злилась сильно, что муж против, словно тайна у нее была…

– И неужели никто не следил за Маргаритой Викторовной?

– Поначалу муж приставлял к ней охрану, но там ничего такого не было – салоны красоты, фитнес, шопинг, больница…

– Она что же, болела? – спрашивает Ангелина, и я обостряю слух.

Если сейчас Соломин расскажет о Риткиной беременности, можно будет уже официально работать в данном направлении. Одного свидетельского показания будет достаточно, чтобы поставить под жирный знак вопроса показания соседей Пелевиных и не выдать собственную осведомленность раньше времени.

Я готов рискнуть головой и служебным положением ради правого дела.

– Вот уж чего не знаю, того не знаю, – разочаровывает меня Соломин. – Говорю же, странные эти Тумановы были. Вроде и муж с женой, а жили раздельно. Кухарка судачила, что Рита заболела сильно, несколько недель вообще ее не видно и не слышно было. Это потом она уже начала везде ездить и мужу истерики закатывать, чтобы никакой охраны и все такое.

– И чем же она была больна? – давлю на него, вызывая раздражение у Власовой. – Какие-то симптомы были озвучены? Может, известно, у какого врача она наблюдалась?

– Да какое там! – усмехается Соломин. – Лично я считаю, что он ее просто избил. Может, в ссоре, может, в ходе любовных игрищ… Всякое болтали.

– Например? – живо интересуется Ангелина.

Отчего-то я уверен, что эти откровения не придутся мне по душе, да только выбора мне не оставили.