Песнь уходящего лета

 – Я пригляжу за Маськой, чесслово!

Я с трудом проглатываю смешок. Ну, конечно! Приглядит она! Да за самой Лизкой только глаз да глаз нужен! Стоило пустить дело на самотёк, как оказалось, что с нами увязался её ухажёр-технарь, да ещё и с сомнительным другом в придачу.

– Масянь, ты всё помнишь? – папа целует мою макушку.

– Граждане-провожающие, просим покинуть вагон. Через три минуты поезд отправляется. – кричит проводница, продвигаясь по проходу спального вагона.

– Пап, я всё помню! – торопливо заверяю отца.

 – Буду звонить каждый день. Люблю вас!

– Хорошего отдыха, девочки!

– Пока! – кричим мы с Лизкой и выдыхаем, когда он наконец покидает вагон и машет нам с той стороны окна.

Но окончательно напряжение покидает меня только тогда, когда поезд плавно трогается, и мы отъезжает от перрона со стоящим на нём отцом.

– Так кто, ты говоришь, решил поехать с нами? – с лёгким прищуром спрашиваю у подруги.

– Масянь, мой Глебушка, и его друг Лёнька. С парнями веселее же, – щебечет Лиза, игнорируя мой убийственный взгляд.

 – И не так страшно. Все свои. И потом, ты знаешь нашу ситуацию. А так – целый месяц свободы вместе с любимым!

Ситуацию я знаю, да. Пусть у Лизки и не такой строгий отец, а мать и вовсе компанейская, в отличие от моей интеллигентной мамы-поэтессы, но, узнав о наличии у дочери-школьницы двадцатилетнего парня-технаря, они были, мягко говоря, не в восторге.

Да и было от чего: Глебушка крайне смазлив и самонадеян, не пропускает ни одной юбки, даже меня – серую мышь и гадкого утёнка – умудрился облапать как-то на вечеринке.

Я наглядно показала парню, почему изменять Лизе – плохая идея, и, кажется, он внял.

Что уж говорить о его компании! Такие же жалкие пацаны, мнящие себя эксклюзивными мачо! И одного из этих «мачо» позвали специально для меня!

Спустя полчаса, когда мы переодеваемся в комфортную одежду и собираемся включить сериал, раскладывая на столике еду, к нам в купе СВ приходят парни. Они заряжены по полной: с бутылкой шампанского для нас и бутылкой текилы для себя.

А когда мы все порядком навеселе, Лизка откровенно вешается на своего парня, а тот и рад запустить руки под её кофточку.

– Какая мерзость, – бубню себе под нос, и Лизка оскаливается.

– Так прогуляйтесь с Лёнькой до вагона-ресторана, – вижу мольбу в её взгляде и уступаю.

Мы оставляем их наедине. В вагоне приглушен свет, все готовятся ко сну.

– Пойдём в ресторан? – Лёня мажет по мне масляным взглядом.