Хроники Джанфрокстона. Орден Крови

Он может забрать душу любого, – вдруг она как-то странно на меня посмотрела и спросила: – А ты, наверное, Джон Блэквульф?

Я очень удивился.

– Откуда ты знаешь моё имя?

Моя фамилия по документам Хард, но Блэквульф – это фамилия моего биологического отца. Тогда девушка сказала, что её зовут Эрика и что она ангел с Небес. Конечно же я ей не поверил. Вампиры, оборотни – это ещё куда не шло, к ним я привык, но ангелы?..

– Ты должен мне поверить. Ты один можешь помочь мне. Чтобы убить жнеца, мне нужна кровь трех бессмертных, – сказала Эрика, с надеждой глядя на меня.

Я все ещё не верил ей, и даже не понимал, причём тут вообще такой обычный человек как я, никакой не бессмертный. Хотя зачем ей кровь я понимал – когда-то давно мы с Алексом читали о приготовлении яда, которым можно убить любое существо на свете. В нём как раз использовались три вида крови от разных существ.

– Докажи мне, что ты ангел, – произнёс я, оценивающе глядя на Эрику. – Я не верю тебе. Да и вообще вся эта история со жнецом душ звучит неправдоподобно.

Тогда Эрика кивнула. Она выпрямилась и тут с шуршанием и шелестом за её спиной раскинулись огромные серые крылья. Они были великолепны. Чем-то они напомнили мне крылья лебедей, которых как-то в детстве я видел на реке. Теперь я не сомневался, что ангелы существуют. Ведь передо мной стоял настоящий ангел. От Эрики сейчас исходил какой-то необыкновенный свет. Он появился, когда она расправила крылья. Наверное, именно так я представлял себе ангелов в детстве.

Эрика спрятала крылья и спросила ещё раз: – Так ты поможешь мне?

Я все ещё сомневался.

Да, передо мной стоял ангел, но она бежала от жнеца. Жнецы не охотятся просто так, они забирают души тех, кому была назначена дата смерти. Я никогда прежде не видел жнецов, но раз ангелы существуют, почему бы не существовать и жнецам.

– Зачем тебя разыскивает жнец?

Эрика замерла. её лицо побледнело, и я понял, что попал в точку. Помогать преступнице мне не хотелось, но что, если она просто хочет сбежать от естественной смерти? Я ждал ответа.

Эрика несколько раз открывала рот, чтобы сказать что-то, но не решалась произнести хоть слово. Наконец она сказала:

– Это очень долгая история, скажу только, что я не сделала ничего плохого. Я просто полюбила не того человека.

С одной стороны, Эрика действительно была преступницей. Но с другой, считать любовь преступлением – это просто ужасно. Я решил принять сторону Эрики.

– И как я могу помочь тебе? – спросил я.