Ника, Эрн и волшебное зеркало

Глава 5

– В Рилантии производят самое дорогое кружево, – Моника посмотрела на миора уполномоченного как на глупца, не знающего прописных истин. – Только там растёт биналь, из которого кружевницы плетут свои восхитительные узоры.

– А знакомых из Рилантии у вас нет, случайно? – Арнан следил за движениями девушки, пытаясь понять, действительно ли она аристократка.

– Знакомых? Нет, конечно, – Ника пожала плечами и стиснула пальцы на сумочке, которую до сих пор никто не отобрал. – Хотя помощница моей модистки, скорее всего, рилантийка – у неё очень смуглая кожа и раскосые глаза.

– Ларина Гордиан, следующий вопрос может показаться вам странным, но прошу вас ответить, – миор уполномоченный почесал бровь ногтем и слегка замялся. – На каких музыкальных инструментах вы играете? И какой вид рукоделия вам наиболее предпочтителен?

– Я не умею играть, как и вышивать, рисовать или вязать, – Моника сжала губы и снова отвернулась к окну.

Она не могла рассказать о том, как унизителен подобный вопрос для неё – дочери посла Кадарии и сестры военного советника короля.

Маменька оберегала дочь от всего, что казалось ей опасным: крышка фортепьяно может упасть и раздробить руки, струнные инструменты порежут нежную кожу, а шитьё и рисование – самые опасные для девушки занятия. Игла может пронзить ладонь, кисти для рисования отчего-то непременно должны лишить глаз, а краски ядовиты.

Моника росла под таким колпаком, что даже близкие друзья родителей считали девочку ребёнком прислуги.

Как же, дочь посла могут похитить, а кому нужна дочка поварихи или экономки? Нику учили наукам, но каждый гувернёр считал её выскочкой и любимым питомцем семьи посла.

– Простите, если оскорбил вас, – Арнан Саудрест тут же успокоился насчёт девушки. Будь она хоть как-то связана с военным советником, она владела бы виртуозно всеми доступными инструментами и могла бы составить конкуренцию своей модистке в умении плести кружева. – А теперь перейдём наконец к главному вопросу.

Ларина Гордиан, где вы были в момент убийства миора Бернита Ланкандо?

– Я бы ответила на ваш вопрос, миор, если бы знала, когда этот самый момент наступил, – Ника потеребила ремешок сумочки и бросила взгляд на мужчину. – Все обвинения, прозвучавшие сегодня, лишены всякого смысла. Я не замешана ни в международном заговоре, ни в торговле запрещёнными артефактами, и уж тем более я совершенно не причастна к гибели миора Ланкандо.