Ника, Эрн и волшебное зеркало

 – Уверена, очередной неумеха неправильно использовал артефакт, вот и всколыхнул магический фон.

Ободряющий тон модистки резко сменился и под конец фразы стал похож на скрип несмазанного колеса повозки – дверь содрогнулась от сильного удара, стёкла салона подёрнулись изморозью. Через несколько мгновений всё стихло, а затем в полной тишине, сопровождающейся лишь едва слышным вдохом лари Понцелер, дверь медленно приоткрылась. Пахнуло студёным воздухом с привкусом гари, Моника ощутила на кончике языка свежесть озона, какая бывает только после использования особого заклинания.

«Диисас» устраняло последствия любого выброса магии, случайного или намеренного. Считалось, что только маги четвёртого уровня и выше способны использовать «диисас».

Моника невольно ощутила дурноту – из известных ей магов только отец и брат применяли это заклинание. Всего пару раз: когда Ника разбила неуязвимый фиал с вплетённым проклятием слабости и перевернула алхимический тигель в лаборатории Райана.

Сам Райан тогда ещё учился в академии и нередко испытывал различные экспериментальные артефакты на прочность. Кто бы ни использовал «диисас» в Лодваре, он наверняка знаком как с послом Кадарии, так и с военным советником короля Динстоном Гордианом, ведь все маги выше третьего ранга занимают высокие должности.

А это значит только одно – Монике нужно бежать из города, пока сюда не явился тот, кто её узнает. Нужно всего лишь разобраться с нелепыми обвинениями, помахать ручкой Эрну, попрощаться с миором уполномоченным – и бежать.

– Лари, ларины, – спокойно произнёс только что помянутый Никой миор Саудрест, приглаживая растрепавшиеся волосы пятерней. – Рад, что вы не пострадали. Жандармы прибудут с минуты на минуту, а пока… – он бросил взгляд на Монику, прищурился при виде того, как крепко она сжимает руку брата, и наконец посмотрел на Эрнарда, теребящего кружевной платок. – Эрния, я передам вам ключи от своей квартиры. Надеюсь, вашего благоразумия хватит на то, чтобы добраться туда и позаботиться о безопасности вашей кузины?

– Эм… но я… – босс Моники кривил лицо, кусал губы и морщил нос, но не мог высказать всё, что думает, при модистке.

 – Конечно, миор. Даже не сомневайтесь.

Эрнард подскочил с дивана, даже не заметив, что тащит за собой Нику, вцепившуюся в него не хуже рыбы-прилипалы, выхватил из рук брата ключи и широкими размашистыми шагами направился к выходу.