Победить зверя

Он резко поднял меня за шкирку и уложил руки за спину. Мы следовали по запутанным коридорам замка, подобным лабиринту Минотавра.

Упор руки мужчины, осевший на голове, заставлял смотреть строго в пол. Лишь темно—зеленый ковер и каменные плиты были доступны взгляду. Изредка он цеплялся за кованые перила лестниц и светлые основания стен.

Двери перед нами распахнулись, и мы оказались в знакомом просторном зале. Я любовалась дубовыми резными ножками стола. Поясница зудела. Руки затекли и потеряли чувствительность.

– Отпустите ее! – громыхнул голос вожака.

Взгляд скользнул по ножкам и поднялся выше. За массивным столом восседали напыщенные оборотни. Их очи тоскливо бродили по залу, силясь разыскать хоть толику интереса.

Мне на миг показалось, что я переместилась в замок Короля Артура. Доспехи сияли, отталкивая от себя солнечный свет. Выбитые в броне дорожки вензелями слагались в морду волка. Эфесы торчали позади. Спинки стульев выносливо держали на себе сталь мечей.

Недовольные зрелые лица смотрели на меня с незаслуженной ненавистью.

Красочная картина маслом вырисовывалась на холсте воображения: темноволосый мужчина слева от меня вставал неспешно, вынимал меч из ножен и филигранно срезал мою голову. Слюна с грохотом поползла в горло, да где—то там и застыла.

Вожак жестом пригласил сесть. Я с облегчением опустилась на стул и размяла руки. Тамила обустроилась возле меня.

– Что происходит? – шепотом поинтересовалась я.

– Суд! – на пониженных тонах сообщила она. – Ты обвиняешься в шпионаже. Я – твой защитник.

Ягодицы заерзали по стулу. Я долго ждала исход, но все же оказалась к нему не готова. Упросив время двигаться быстрее, вдруг начала умолять его застыть, ведь шарик на рулетке мог остановиться не на радуге, а на костре.

– Итак, все в сборе! – надменно изрек вожак и поднялся. Он неспешно обошел стул и убрал руки за спину. – Даяна Земникова, вы обвиняетесь в незаконном проникновении на территорию клана Черного волка, а также в злонамеренном шпионаже! Вы признаете свою вину? – его голос не уступал стали.

Я упала в ступор и бесцельно бродила взглядом по помещению. После восьми дней заключения, нить общения несколько поистрепалась и поросла плесенью. Мысли разбегались, как напуганные курицы на ферме. Из памяти стерлись слова, в которые следует упаковывать ответ.