Даша и ее ночной кошмар

В его глазах отчётливо угадывался колючий страх.

– Я не позволю им снова издеваться над тобой, – присев рядом с другом, Дайран крепко сжал его плечо. – И заставлю их пожалеть о том дне, когда они родились на свет! – Арданэш едва заметно кивнул, нервно сминая край туники. – Сейчас же найди дворецкого и скажи, что я распорядился подготовить соседние с моими апартаменты, – проговорил повелитель демонов, глядя на стражника, так и застывшего в дверном проёме. – И ещё приведи четверых воинов, которые будут нести караул в покоях генерала Ноарда.

Стражник быстро поклонился и тот час же бросился исполнять поручения. Дайран хотел помочь другу подняться на ноги, но в этот момент во внешности Арданеша снова произошли изменения: от дорогой одежды остались лишь жалкие лохмотья, сквозь прорехи которой просвечивало поджарое тело, стальные мышцы таяли на глазах.

– Я найду их, – уверенно пообещал Дайран, глядя в непривычно голубые глаза демона.

Он проводил друга в его новую спальню, где оставил на попечении двух воинов, ещё двое остались охранять генерала за дверью.

Убедившись, что тот находится пусть в хрупкой, но безопасности, наследник рода Эйвинд вернулся к себе, на этот раз, заперев дверь своих покоев изнутри.

Не тратя время на раздумья, Дайран сосредоточился на образе коварной сероглазой ведьмы и тут же провалился во тьму мироздания, а уже в следующее мгновение оказался в знакомой квартире, наполненной мягкой тишиной. Он огляделся, выискивая глазами ту, что по собственной прихоти разрушала жизнь его подданных.

Девчонка крепко спала, уютно положив голову на раскрытую ладонь. Дайран позволил себе внимательно рассмотреть её лицо, на котором застыло безмятежное мечтательное выражение. Его взгляд ненадолго задержался на женских губах, изогнутых в сонной полуулыбке… проследил изгиб шеи, плавную линию талии, которую не скрывало тонкое покрывало. Согнутая в колене нога, смело выглядывала из-под пледа, и Дайран невольно засмотрелся на обнажённое бедро. В первый вечер он и не заметил…

Демон тряхнул головой и мысленно выругался, отвесив себе воображаемую затрещину.

Его друг находился в опасности, а он с чего-то вдруг решил полюбоваться женскими прелестями чертовой колдуньи. Нельзя, даже на один короткий миг, нельзя забывать, что перед ним находится самое коварное, беспринципное и злое существо во всех мирах, а милая безобидная внешность – это всего лишь временная личина, которую чародейка тотчас же сбросит, как только отпадет надобность в притворстве.