Голос в моей голове

Проявившаяся после смерти родителей слуховая галлюцинация была моей личной тайной и никуда не собиралась исчезать. Сама же она называла себя не иначе чем герцогиней Огня или моей нянюшкой.

– Ну а кто же еще? – вполне реально возмутились в моей голове, – ты чего это нюни распустила.

– Как будто вы не знаете, – огрызнулась я, намереваясь еще немного поплакать. Было безумно себя жаль. Как они могли!!! – Они меня предали!!!

– Какие громкие заявления… – рыкнула моя невидимая собеседница, – разве они должны хранить тебе верность?

– Нет, но…

– Вот и успокойся.

Каждый кует свое счастье как умеет. Если ТЕБЕ не хватило смелости, нечего винить других.

Глава 3. Неприятность

– Ты забыла.

Положив на стол платок с моими инициалами, тихо проговорила Дина, между тем, разбудив меня. В ее тоне не было даже намека на смущение, однако переведя на нее еще не совсем понимающий после сна взгляд я уловила некую неловкость. Создавалось впечатление, будто подруга отчаянно боялась что-то мне сказать. С чего бы это? Бессонная ночь позволила расставить все по полочкам.

Мой внутренний голос прав. Сама виновата. Не смогла признаться Мише в своих чувствах, нечего теперь всех подряд винить. Так что это я должна смущаться и краснеть за то, что даже не подумала постучаться. И ведь никто бы ничего не узнал, если бы не дурацкая привычка вышивать на платках инициалы. Вообще-то это привычка моего внутреннего голоса, но мы так давно вместе, что я уже начала воспринимать ее как свою.

– Прости. Не хотела вам мешать.

– Ой ли? – язвительность подруги больно резанула по нервам, но я предпочла не обращать на это внимания.

– Что-то случилось?

– Нет, но… – резко посерьёзнев, Дина с надеждой посмотрела на меня, – ты же сейчас не уедешь?

Сказала и выдохнула так, словно у нее с плеч камень размером с дом свалился. Стало немножко обидно. Дину беспокоили только соревнования. Не сомневаюсь, о моих чувствах она уже догадалась, но это мало ее волновало. В принципе все правильно, сейчас не время раскисать.

Да и вообще, мы столько к этому шли, нельзя чтобы мгновение слабости все разрушило. Поэтому я сдавленно охнула от мысленной затрещины мадам Лили и резко выпрямившись, проговорила.

– Ты готова к соревнованиям?

– Конечно, – делая выпад в сторону, ответила подруга.

– Неужели? – шаг вперед, разворот, прогиб, подкат.

– Смотри сама.

Эта была только наша игра. Отступление, подкаты, силовые движения – все соединялось в дикий, ничем не ограниченный танец.