Пара

В любом случае в первую очередь наша жизнь зависит от наших решений.

– А если они все-таки придут?

– Значит, так нужно. – Улыбнувшись, бабушка подмигнула мне. – Знаете, любимый описывал свой мир совсем не так, как Видящая. Он по нему скучал.

– Ба, а как погиб дедушка?

Нормальный в подобной обстановке вопрос почему-то вызвал целую бурю эмоций. Тетя Надя даже попыталась меня остановить, но подумав примерно минуту, бабушка кивнула.

– Она имеет право знать. Истосковавшись по свободе, которую дарит перерождение, твой дедушка спровоцировал собственную смерть.

Как там выразилась наша гостья: «пристрелили, как какого-нибудь шелудивого пса»? Со стороны это смотрелось именно так, но я знаю, он сам этого захотел, предпочтя уйти из жизни в шкуре зверя.

– Перерождение?

– Раз в пятьдесят-сто лет, оборотни отказываются от всего человеческого, несколько лет проводя в шкуре зверя. Это позволяет переосмыслить жизненные ценности, найти свой новый путь. Твой дедушка говорил, что это необходимо, чтобы утихомирить накапливающуюся за годы жизни в человеческом теле ярость.

– Что ж… Доброй ночи.

Мне нужно побыть одной, подумать. Все это настолько странно, что просто-напросто не укладывается в голове. Может я все-таки больна?

Глава 9. Первая весточка

Когда привычный мир рушится так трудно остановиться и подумать. Мне повезло. Чего-чего, а времени у меня было предостаточно. Из-за резкой реакции на любой аромат речи о том, чтобы ходить в институт не могло быть в принципе.

Большую часть дня я проводила дома, усиленно медитируя и лишь изредка выходя в магазин да на пробежку. В последней кстати совсем не было необходимости, Видящая лично составила для меня такой комплекс упражнений, что к вечеру не было сил ни на что. А вот сама она заходила редко, все время оттягивая начало наших занятий. Это мало вязалось с тем, о чем старуха говорила всего несколько дней назад, но торопить ее я не решалась. Мало ли какие чем она занята. Время еще есть. После первых приступов мне практически всегда удавалось сдерживать свои порывы, так что в последнее время мы несколько успокоились. Зря.

– Вера, просыпайся.

Озабоченный голос тети Нади вырвал меня из той полудремы, в которой я находилась последние несколько часов. Дело было не в слабости или усталости, все проще, кажется, я влюбилась. Причем видеть объект дикого желания мне еще не приходилось, но в нашем случае это было уже не важно.