Факультет уникальной магии – 3. В паутине страха и лжи

И пусть там мое сознание не могло вмешаться, но я пережил этот день как тот Алекс, ощущая все как наяву. И вдобавок сохранил все его воспоминания. Я знаю, как у нас там все с тобой сложилось. Там не было этого твоего факультета, уникальных дружков и надоедливого опустошителя. И, главное, подтвердилось, что ты вполне бы могла меня любить, – он едва не обжигал меня взглядом.

– К чему ты клонишь? – с каждым мгновением мне становилось все страшнее.

– Я просто докажу это и тебе. И не просто докажу, ты и вправду полюбишь меня.

Да, я добьюсь этого всего лишь за неделю. И, кстати, вместе с закреплением нашего соглашения я поставил магический запрет, так что никому рассказать ты об этом не сможешь. Ну а пока я лучше пойду. Слишком велик соблазн все-таки нарушить условия, – напоследок снова смерив меня многозначительным взглядом, Алекс направился к двери.

Уже отперев ее, он обернулся и с улыбкой произнес:

– Доброй ночи и до завтра, моя драгоценная.

– Очень надеюсь, что до завтра ты не доживешь, – в сердцах ответила я.

Алекс даже засмеялся.

– Прости, но очень даже доживу. И не только до завтра.

Едва за ним закрылась дверь, ее окутала пелена магической защиты – ну понятно, чтобы я даже сбежать не могла. Проверила окно, но и оно не открывалось! В полном отчаянии я добрела до кровати, присела на край и схватилась за голову. Все-таки насколько было проще, когда Алексом управляла одержимость… Он действовал на эмоциях.

А сейчас этот чертовски умный подлец все тонко просчитывает, не оставляя мне ни малейшего шанса избежать западни.

Да, я в западне. Ну допустим, переживу я как-то эту неделю до прибытия Вестсар, потом с месяц спокойной практики. Но после: возвращение в Лейн, а там и Анна Викторовна приедет. Тут дело ведь даже не в самой конспирации, а в том, как на это отреагирует Реф. Ему это явно не понравится. Мягко говоря. Но что-то мне подсказывало, Александр именно этого и ждет.

Ему нужен повод, чтобы Рефа вполне законно уничтожить.

Но мне-то что теперь делать?..

Глава шестая

Утро встретило меня жуткой головной болью. Я просто лежала, не шевелясь, даже глаза открывать не решилась. Казалось, от любого движения только хуже станет. В моей каюте царила тишина, не нарушаемая ни единым шорохом. Зато в мыслях стоял оглушительный гул. Хотя я толком и думать не могла – пульсация в висках не позволяла сосредоточиться.