Осколки пламени

Похоже, дневной моросящий дождик был всего лишь репетицией.

Удивительно, несмотря на всю внешнюю хлипкость, беседка оказалась вполне сносным убежищем от разбушевавшейся стихии. Мы сели за расположенный в центре небольшой круглый стол, сюда хоть ледяные капли не долетали.

– Как ты сегодня говорил? Дождь всегда кого-то скрывает? Учитывая сейчас его размах, он прячет как минимум всю королевскую конницу, всю королевскую рать, – проворчала я, ежась. Уже раз в десятый пожалела, что не надела еще и ветровку. Ну как же, начало сентября, да это же еще почти лето… Ага, наивная!

Руслан засмеялся.

– Быть может, он прячет именно нас с тобой.

– А зачем нас прятать? – я с сомнением покосилась на Полянского.

– Хотя бы затем, чтобы никто нас не подслушал да и вместе не увидел. Теперь моя очередь.

– Очередь чего?

– Задавать вопрос. Мы ведь в правду играем, если ты забыла.

Я едва зубами не заскрипела.

– Когда я говорила про дождь, это было просто риторическое.

– В следующий раз уточняй, – Руслан мило улыбнулся, но взгляд оставался все таким же ледяным.

Этого вопроса я совсем не ждала. Казалось бы, какое Полянскому вообще дело?

Видя мое изумление, он снисходительно пояснил:

– То, что боишься, это очевидно. А вот причины любопытны.

Я тяжело вздохнула и нехотя пробормотала:

– Я не то чтобы Андрея боюсь, просто он выносит мне мозг своими диктаторскими замашками и стремлением контролировать каждый мой шаг. А это, знаешь ли, мягко говоря, бесит, – озвучивать личное практически чужому человеку оказалось архисложно.

– Значит, ты сама позволяешь так с собой обращаться, – Руслан равнодушно пожал плечами.

– Я твоего мнения по этому поводу не спрашивала, – мгновенно обиделась я. Не хватало еще, чтобы всякие левые типы комментировали тут мою личную жизнь.

– И вообще, Полянский, теперь мой вопрос. Что ты скрываешь?

– Так и знал, что ты это спросишь, – Руслан с усталым вздохом потер глаза.

– Давай-давай, отвечай, – возликовала я, – нечего увиливать.

– Хорошо. Но я очень надеюсь, что у тебя хватит совести сохранить это в тайне, – тихо и очень серьезно произнес он.

– Блин, не тяни резину, – я чуть не взвыла от нетерпения. – Что ты скрываешь?

Чуть замявшись, Руслан все же признался:

– Есть у меня одна особенность. Проявляется редко, но все же бывает, – он понизил голос до шепота.