Победитель получает все

Довершали образ длинные перчатки в тон и туфельки из такой же ткани, с подошвой столь тонкой, что они точно не предназначались для прогулок по мостовой. Украшений у меня не имелось, но Вертруда очень мило уложила мне волосы объемными локонами, ниспадающими с изящного пучка. Правда, сочетание моих темных волос и цвета платья создавало впечатление будто я куда бледнее, чем на самом деле. Но зато это вполне можно списать на аристократическую бледность, почему бы и нет.

Вертруда ненадолго оставила меня, чтобы сообщить, что я готова к выходу.

Я пока сама не возвращалась в гостиную, придирчиво рассматривала свое отражение в высоком напольном зеркале. И пусть взгляд не находил явных изъянов, но очень хотелось заранее все учесть. Ведь это не просто первый в жизни бал, но и в полном смысле слова судьбоносный!

После легкого стука дверь приоткрылась. Но я не обратила особого внимания, решив, что это Вертруда вернулась.

Вот только зазвучавший голос принадлежал вовсе не ей:

– Простите, я, очевидно, ошибся комнатой.

Искал одну девушку, слегка занудную и жаждущую незаметности, а тут вдруг ослепительная незнакомка.

– Атрей, не такая уж я занудная, – со смехом возразила я. Но почему-то не ускользнуло от внимания, что между звуком открывшейся двери и словами фантома была внушительная пауза. Словно остановившись на пороге, Атрей неотрывно на меня смотрел в молчании.

– Я бы поспорил, но сложно спорить, когда хочется лишь источать комплименты, – он подошел ко мне.

– Искренние, я надеюсь? – не оборачиваясь, я встретилась с ним взглядом в отражении в зеркале.

– Местами, – Атрей усмехнулся. Так и стоял позади меня, весь в черном, не считая белой рубашки, и, честно, было что-то в его образе зловещее. Как грозная тень, способная заслонить любой свет. Но в то же время аж мурашки пробирали от осознания, что вся эта откровенная опасность направлена не на меня, а вовне. Он – моя защита. Он – та нерушимая стена, способная укрыть меня от всего мира.

Пусть и лишь оставшиеся несколько часов…

– Признаться, я приятно удивлен, – в отражении прекрасно было видно, как взгляд Атрея скользит по мне безо всякой попытки делать это незаметно. – Я всерьез опасался, что ты выберешь себе что-то максимально блеклое и неприметное. Знаешь, такое, чтобы встать рядом с портьерами и слиться с фоном. Для маскировки – самое то. Для бала – не очень.

Я снова не удержалась от смеха.

– Да ладно тебе меня критиковать.