Полуночный бал

Появилась на сидении напротив, так внезапно, что я даже вздрогнула. Интересно, я вообще привыкну к чудесам этого мира?..

– Да уж… – она тут же принялась обмахиваться веером так интенсивно, словно пыталась сдуть собственные кудряшки. – То, что принц вдруг появится, я никак не ожидала! Эвелина, как он вообще тебя нашел? Ладно, понимаю, что с его-то магией можно и сквозь иллюзии видеть, но сам факт такого совпадения, что он оказался в нужном месте в нужное время…

– Скорее всего, выслеживал, – предположил дядя. – Не исключено ведь, что при первой встрече он успел почувствовать магию Эви, ведь тогда еще посланники Ирата ее не прикрывали.

К счастью, хоть теперь не сможет обнаружить.

– До того момента, как Эвелина свою магию сама не проявит, – весомо возразила леди Дамила.

– Так о чем вы мне хотели рассказать? – я перевела взгляд с дяди на нее и обратно.

Лорд Веллер тут же пояснил:

– Мне удалось выяснить, что теоретически королевская магия может развиться до такой степени, не уступающей даже силе посланников богов.

– То есть, – вмиг догадалась я, – я смогу сама избавить нас от клейма смерти?

– Именно так. Но, повторюсь, это в теории. Тем более далеко не факт, что получится так силу развить, – он переглянулся с леди Дамилой. Та, вздохнув, пожала плечами.

У меня тут же заскреблись подозрения.

– А вы, случайно, не потому ли обратились именно к леди Дамиле, что именно она, как бывшая жрица Ирата, может меня магии обучить?

– И да, и нет, Эви. Да, леди Дамила и вправду способна тебя обучить.

Но тут главное еще и то, что она сохранит это втайне. Уж что-что, – а вот теперь в его взгляде на сидящую напротив даму откровенно просквозило недовольство и даже раздражение, – а некоторые тайны она готова хранить чуть ли не вечно.

– Я не считаю, что верность своему слову – это недостаток, – невозмутимо парировала она, глянув на него не менее выразительно.

– А мне вы не хотите пояснить, о чем именно сейчас речь? – не выдержала я.

– Прошу, – лорд Веллер сделал леди Дамиле приглашающий жест, да еще и с такой коварной улыбкой, мол, выпутывайся теперь сама.

Она тяжело вздохнула, тихо произнесла:

– Пойми, Эви, некоторым тайнам лучше так и оставаться тайнами. Даже теперь… Тем более теперь! Я когда-то дала слово твой маме, что буду молчать. И не нарушу этого слова.

Я нахмурилась.

– Но хотя бы намекните.

Она отвела взгляд.

– Я знаю, кто твой отец, Эвелина… Но эту тайну я унесу с собой в могилу.

У меня даже ком в горле встал.