Проклятье в подарок

И с ней точно будет попроще, чем с ними, а то меня в свое время пробуждать умертвия научили, а вот как обратно их упокаивать – нет. И, конечно, в том, что половина монастыря в ту ночь осипла от испуганных визгов, обвинили тоже меня… Но я там и без того всегда крайняя оставалась.

Но вот, кстати, до сих пор не дает покоя вопрос… Если Солнцедержащая перенесла меня в этот мир, да еще и дала наказ сделать из меня эдакого магического терминатора, то на кой это было поручать тем, кто сам в этом не смыслит?.. Настоятельница не смогла дать мне на это ответа.

Как и вообще на то, зачем это все. Правда, под конец, у нее уже прорывалось в сердцах, что я послана именно им в наказание… Но все равно истинная причина так и осталась покрытой мраком.

Так что встреча с принцессой меня не пугала. И я даже, как приличная, постучала, но дверь и без того была не заперта, сразу поддалась вперед.

Что ж, будем считать это приглашением.

В моих весьма посредственных представлениях в обители принцесс все непременно должно было быть розовым.

Ну или золотым. Или розового-золотым… Ведь в то время, когда другие девочки играли с куклами Барби, я играла в машинки и роботов, спасибо моим старшим братьям и финансовым трудностям в нашей семье в то время. И малолетняя я мечтала, что, когда вырасту и у меня будет много денег, я обязательно куплю себе самую красивую Барби-принцессу и обязательно дворец для нее. А раз они бывают только розовые, то такой и будет.

И вот, в итоге я выросла, и пусть мешок денег на меня так и не свалился, но зато теперь был и дворец, вот только не розовый, и собственная принцесса, только тоже совсем не похожая на Барби…

Мильта стояла посреди своей личной гостиной, где розовый цвет отсутствовал напрочь.

Пастельные тона делали комнату блеклой, и на этом фоне темноволосая принцесса в черном платье больше походила на злодейку, чем на каноническую принцессу. И сердитая гримаса на в общем-то миловидном лице заранее настраивала на не самый дружелюбный лад.

И надо было присесть в реверансе, поприветствовать, да хотя бы успеть заикнуться «Я пришла с миром!» прежде, чем в мою голову что-то полетит, но я высказала первое, что пришло на ум:

– А по какому поводу траур? – ну правда, платье у нее и впрямь траурное.

Мильта на миг растеряно моргнула, явно такого не ожидав, но тоже не спасовала:

– Готовлюсь провожать в последний путь приставленную ко мне надзирательницу.

Я на всякий случай прикрыла за собой дверь, вдруг кто вздумает нас подслушивать.