Сбежавшая невеста

– На самом деле, господин, я намеревался вас поздравить со столь знаменательным событием в жизни, – Хейлирс как всегда не блистал эмоциями, но Фабиан еще с детства знал, сколь добродушный и преданный человек скрывается за внешностью этого сурового немногословного старика. – Но, простите мою вольность, глядя на вас, я склоняюсь к мысли, что поздравления тут точно неуместны.

Фабиан усмехнулся.

– Что ж, благодарю за честность, Хейлирс. Как и всегда.

Тот явно хотел сказать что-то еще, но сдержал порыв.

– Доброй ночи, господин, – кивнул, покинул кабинет.

И только сейчас Фабиана посетила мрачная мысль, почему даже здесь, в родном доме, ему почему-то не так, как всегда.

Ирная. Сам факт ее присутствия раздражает. Она чужая здесь. И привыкать к ней совсем не хочется.

Фабиан отставил на стол опустевший бокал. Никогда не страдал нерешительностью, да и сейчас ни тени ее не было. После смерти родителей, все эти годы, он делал все ради процветания рода Элдорис.

Приумножил состояние, добился столь высокого положения в обществе, что многим и не снилось. И теперь осталось лишь обеспечить продолжение рода, и как бы Ирная ни раздражала, но она нужна ему для достижения цели.

И цель эта куда важнее любых его чувств и эмоций.

Уже перед дверью в нужную спальню Фабиан остановился. От одной мысли о лживой блондинке, которая сейчас будет смотреть на него взглядом преданной собаки, аж зубы сводило.

Интересно, а на исполнение супружеского долга у нее какая роль заготовлена? Великомученицы, готовой стоически терпеть столь низменное действо, как неизбежное зло? Но, в конце концов, она нужна ему уж точно не для постельных утех, для этого есть кандидатуры куда более подходящие. Так что каким бы бревном в кровати Ирная не оказалась, это не так уж и важно.

Даже не стал стучать, просто открыл дверь.

Сидящая на краю кровати блондинка в одной кружевной сорочке тут же встала как по команде.

– Я так ждала вас, милорд.

Анастасия

Насколько я успела до этого разглядеть отражение Ирнаи в зеркале, она была очень даже привлекательной девушкой. Да только что-то на лице вошедшего в спальню Фабиана не мелькало ни то, что тени затаенной страсти, но и хотя бы мало-мальской заинтересованности.