Сбежавшая невеста

– Само собой, – Фабиан не показал раздражения, хотя уже и дико надоело, что с появлением Эленсии окружающие только и делают, что дают ему наставления, как быть. Будто сам он точно не сообразит и даже больше – выгонит девушку взашей.

Именно так он в сердцах и высказал Лафару, когда тот вернулся поговорить после того, как отвез Тайлу домой.

Дело было в кабинете, и вино ну никак не смягчало настроение.

– Ну а ты как хотел, – устроившийся в кресле друг всегда говорил напрямик, – ты за последний год стал еще жестче, чем раньше.

Тайла хоть и не признается, но очень за тебя переживает. Все-таки после той истории с неудавшейся женитьбой и катастрофичными последствиями, согласись, ты стал другим.

– На многое начинаешь смотреть иначе, когда лишен того, в чем клялся родителям перед их смертью, того, что считал самым важным в жизни, – сейчас уж точно не хотелось в очередной раз обсуждать больную тему.

Да и толку говорить об этом, если все равно ничего не изменить? Один из великих королей прошлого когда-то нарек свой род священным именем исчезнувшего бога, и столько поколений спустя род Элдорис исчезнет так же, как и тот, чье имя носит…

И, казалось бы, год уже прошел с той роковой ночи, и время должно было принести покой душе.

Но где уж там… И ведь негодяйку так и не удалось найти! Как в воду канула! Правда, и зацепок почти не было. Лишь то, что даже спустя столько времени, в этой иномирянке все равно неизбежно оставался след его магии. Какой-никакой ориентир, но даже он не помогал. Словно бы девушку скрывала некая сила.

Но в то же время после случившегося с ним, больше ни один маг во всей империи не пострадал от подобной выкачки силы. Хотя до этого стабильно чуть ли не каждый месяц через тайную полицию приходили донесения об этих кознях иномирян. И каждый раз злоумышленникам удавалось скрыться. Считалось, что они попросту возвращаются в свой мир с ворованной магией. Но та девица, выдававшая себя за Ирнаю, точно не пересекала границу миров – Фабиан бы почувствовал исход своей магии.

Если только это не случилось в те три дня, пока он был в забытьи, на грани жизни и смерти. Но все же вряд ли. Выходит, либо негодяйка где-то так надежно затаилась, либо умерла.

Лафар и сам сменил тему, прекрасно же знал, как Фабиан не любит говорить о тех событиях.

– Получается, твой конь понес сам собой?

– Взбесился на ровном месте. И даже магией его остановить не получилось. Успокоился лишь тогда, когда на эту девушку налетели.