Под флагом цвета крови и свободы

– Эй, вы, мерзавцы! Отвалили от него, слышите?! – неожиданно взревел он, поднимаясь с места и в два широченных шага оказываясь рядом с юношей – тот, не сообразив толком, что широкоплечий великан намерен помочь ему, моментально яростно ткнул в его сторону ножом. Билл без особых усилий отбил неловкий выпад, вырвал у него нож и наставил на незадачливых матросов. Юношу он на всякий случай перехватил за шкирку, как котенка, и отпихнул себе за спину. – Что-то не понятно? Валите, я сказал! Парня не трогать.

– Да какой это парень? – севшим голосом запойного пьяницы, выдернутого из привычной обстановки, взвизгнул один из них. – Ты погляди на нее!

– На… на кого? – не понял Билл, угрожающе двинувшись всем телом в его сторону. Юноша молчал, стреляя поочередно на каждого из них настороженными черными глазами; затем вдруг, поймав недоуменный взгляд своего спасителя, обращенный на него, опустил голову и резко, поднырнув под руку Катлера, попытался метнуться вон – тот едва успел снова ухватить его за шиворот и дернул поближе к себе с бесцеремонной, незлой силой.

– Ты… Ты девчонка, что ли? – выговорил он, поколебался и другой рукой стянул с чужой растрепанной головы шляпу. Матросы не ошибались: перед ним действительно была девушка, на вид казавшаяся совсем юной – лет пятнадцати-шестнадцати, с еще по-детски округлым лицом, неровно загоревшим так, что лоб, кончик носа и широковатый упрямый подбородок казались темнее остальной кожи.

Пожалуй, она могла бы казаться еще младше, если бы не ее глаза – густо-карие, серьезные и настороженные, плохо вязавшиеся с остальным ее лицом. Впрочем, на Тортуге последнее было не в редкость – дети здесь переставали быть детьми, едва научившись говорить. Как только Билл немного ослабил хватку, растерявшись, она тотчас вывернулась из его рук и едва не угодила ему в нос крепко сжатым кулачком: сил ей явно не хватало, но удар поставлен было неплохо, так, что Катлер едва успел уклониться и выступить перед собой отнятый у девчонки нож – правда, не в ее сторону, а для снова подступивших слишком близко несостоявшихся насильников:

– Куда? – зло рявкнул он, отталкивая подальше от них растерявшуюся девушку и нахлобучивая ей обратно на голову шляпу; подумав, вдобавок сдернул с себя поношенный кафтан и набросил ей на плечи.