Наследник Афродиты

Зарплата повара в одной из многочисленных городских столовых и звание матери-одиночки к моему глубочайшему сожалению не дают мне возможности перешагнуть за границу прожиточного минимума. А у меня ребенок, между прочим, его кормить надо, одевать, покупать тетради и учебники, да и на работу приходится ездить на общественном транспорте. Вот и вынуждена подрабатывать. Заказов у меня, конечно, немного, стабильного заработка они не дают, однако всё же это лучше, чем ничего. Поэтому сижу с журналами, не сплю ночами и вяжу, вяжу, вяжу… Кстати говоря, нервы здорово успокаивает.

Я уже в третий раз набирала петли, сосредоточенно считая их количество, когда из кухни прибежал только что позавтракавший Глеб и закричал:

– Мам, ты чего, совсем обалдела?

Конечно же, я в очередной раз сбилась со счёта и была вынуждена отложить вязание в сторону.

– Что опять случилось? – спросила я, морально приготовив себя к очередной локальной катастрофе.

– Ну, чего ты сидишь? Ты забыла что ли? – возмущался сын.

– И что? – равнодушно пожала плечами я. – Светка пригласила нас к обеду. Сейчас только девять. Чего ты от меня хочешь?

– Как это чего? – не уставал поражаться моей утренней заторможенности Глеб. – А маникюр? – со знанием дела сказал он. – А макияж? Я прочитал в журнале, что нормальная женщина должна потратить на настоящий макияж не меньше часа!

– Милый, – ласково улыбнулась я. – К сожалению, твоя мамочка пока зарабатывает только на щёточку от туши.

– Не прибедняйся, – фыркнул сын. – У тебя ещё есть помада.

Хороший мальчик, заботливый. Наверное, он думает, что с помощью одной лишь помады я сумею превратиться в принцессу.

– Золотце, – миролюбиво сказала я. – Давай ты не будешь мешать мамочке. Я как раз успею начать вязание и, возможно, к очередному свиданию сумею приобрести нечто для настоящего макияжа.

Глеб обиделся и ушёл на кухню. Он всегда так делал, когда не хотел со мной разговаривать. И всегда мне это было на руку. Я могла послушать тишину хотя бы лишние пятнадцать минут.

Я успела набрать петли и провязать четыре ряда, когда в комнату снова вернулся сын и требовательно сказал:

– Я хочу посмотреть телевизор. Иди на кухню.

Грубиян. Это, наверное, от отца. Я нехотя собрала вязание, спрятала его в шкаф и отправилась в ванную.