Наследник Афродиты

 – Если не секрет, сколько же лет вам?

– Двадцать четыре, скоро будет двадцать пять. А детей, многоуважаемый, можно и в двенадцать рожать. В принципе, в мои годы, теоретически уже вполне можно быть бабушкой.

Мой несколько вызывающий ответ был принят Виктором, как нежелание говорить на болезненные темы. В действительности, так оно и было. Я вообще не очень люблю распространяться о том, во сколько родила, от кого, при каких обстоятельствах. Наверное, до сих пор ещё не успокоилась. До последнего времени вздрагивала, при упоминании о Беспечном, а возможно, где-то в глубине души ещё хранила к нему свою тайную симпатию.

Но признаваться в этом было позорно. Я и не признавалась.

– Майя, – любезно улыбнулся Виктор. – Вы не возражаете, если я отвезу вас с Глебом домой?

– Вы нас выпроваживаете! – возмутилась я. – Между прочим, я в гостях у лучшей подруги и…

– Нет-нет, – испуганно замахал руками Виктор. – Я имею в виду потом, когда вы соберётесь уходить. Зачем вам толкаться в транспорте, если у меня есть машина под рукой?

Ну, всё понятно – клеится.

«Дайте я вас провожу, дайте я зайду к вам на чашечку кофе, дайте я поцелую вас на прощанье… Ах, уже утро?» Все мужики одинаковые, никакой индивидуальности. Один сплошной плагиат. Впрочем, идея отвезти нас с сыном домой мне понравилась, хотя я всё равно не удержалась и возразила:

– Как это вы собираетесь нас везти? По-моему, у нас не полагается садиться за руль в пьяном виде.

Опять съязвила, да ещё таким гаденьким голоском. Однако моя ирония автомеханика с толку не сбила.

– Во-первых, – терпеливо объяснил он, – я совершенно трезв. А во-вторых, я могу вести автомобиль в любом виде, даже со связанными руками и закрытыми глазами.

– Какая самоуверенность, – одними губами сказала я, глядя в сторону.

Впрочем, Виктор мою реплику услышал и тактично возразил:

– Это не самоуверенность. Я за рулём с десяти лет. Машины для меня – это не только приятное времяпровождение, но ещё и работа, так что можете мне довериться.

Он докурил, щелчком выбросил окурок на улицу, и мы вернулись в комнату.

Светка и Игорь о чем-то возбуждённо шептались, однако, когда мы зашли, они резко замолчали и натянули на лица нелепые улыбки. Всё ясно: шептались о нас. Антонова, по всей видимости, уже готовила мне свадебное платье, а Игорь, как всегда, со всем соглашался. Думаю, ему было абсолютно всё равно, что там у нас с Виктором происходит. Однако он не мог оставаться в стороне: Антонова ему этого не простила бы.