Хранитель Чёрной поляны

Не заметив ничего подозрительного, неспешно направился к опушке.

Не то чтобы он сильно волновался за деда, но всё же будет не лишним посмотреть на дорогу – мало ли что выдумают проказливые Лесавки[2 - Лесавки – маленькие лесные духи, похожие на ежей на длинных ножках-прутиках.]. Вроде и мелкие бесенята, а противные. Сколько раз уже говорил Кикиморе с Лешим, чтоб за детьми приглядывали, а всё без толку! Так и скачут по лесу: то труху на голову насыплют, то паутиной обмажут, а иной раз тропу попутают.

Егор Гаврилович на Карлуше не туда свернёт – долго потом не выберется из чащи, даром что лесник! Без особой сноровки с такой тропы не сразу сойдёшь, а если и сойдёшь, то либо себе, либо коню ноги переломаешь.

Да и внуки эти опять же.

От мысли о внуках что-то сжалось внутри. Базиль нахмурился. «Не к добру эти внуки приезжают» – подумал он и опять огляделся. Над рекой поднималось радужное марево – видно водяницы[3 - Водяницы – водяные девы – по верованиям древних славян, жены или дочери водяных, живут в реках, озерах или колодцах.

] затеяли уборку в своих хоромах. Надо будет к ним вечерком заглянуть. Может и они гостей ждут? А иначе к чему такая возня?

Тут до слуха Базиля донеслись со стороны дороги голоса, и вскоре за ветками ракиты в конце просвета появился Карлуша. Крепкий ладный конёк бодро рысил по дороге запряжённый в новенькую телегу. Правил им седоватый, ещё не старый военной выправки мужичок. Хозяин и конь были под стать друг другу. Оба ловкие, поджарые, и глаза у них обоих были большие почти чёрные.

Кот вздохнул. Рядом с дедом на облучке сидели двое мальчишек. Тот, что постарше что-то с увлечением рассказывал и размахивал руками. Второй мальчик его слушал и заливисто смеялся. Даже дед усмехался в усы – видно история была и правда занятная.

Базиль чуть подвинулся в сторону с дороги – незачем под ноги коню лезть. Хоть и во сне, а лапы так отдавит, что потом неделю хворать будешь. Да и сам Карлуша испугаться может. Он хоть Изнанку и не видит, но всё чувствует.

Телега поравнялась с Котом, и он внимательно всмотрелся в лица мальчиков. Лица как лица, ничего себе особенного. Старшему на вид лет восемь, тёмненький, востроносый, с быстрыми насмешливыми глазами, кажется, карими, но точно не такими же тёмными, как у деда. Второй внучок был года на три младше и совсем не похож на брата: круглолицый, сероглазый, с копной светлых волос, торчащих из-под бейсболки в разные стороны.