Элуран

– То есть каждый может безнаказанно отойти от правил и воспользоваться магией?

– Да, так и есть, но многие слишком честолюбивы, чтобы нарушать правила, всё-так даже самые мелкие грешки оглашаются всем. На этом всё?

– Нет, – резко выдал Нино, нервно подёргивая плечами. – У меня есть ещё один вопрос, тоже по поводу Ала. Элураны претерпевают главное обращение всего один раз, либо его вообще нет и, по сути, кроме происхождения ничего его практически не отличает от обычного человека. Разве у полукровки может быть обращение каждое полнолуние? Мы же никак не зависим от фазы луны, как лико.

И у полукровок должна же быть меньше вероятность претерпевать обращения, такова же роль смешанной крови, кроме некоторых внешних признаков, разве не так?

– Ничего в данном случае сказать не могу, этим я никогда не занимался, а с этой проблемой никак не боролся, я просто закрывал этого несносного мальчишку в пустой комнате, чтобы он перебесился на утро и всё. Вы думаете, зачем я его вам отдал? Чтобы самому избавиться от этой головной боли, а не чтобы у вас был помощник, – старик уже не шептал, а говорил в голос, чтобы Александр мог услышать его слова.

 – А вам-то до этого какого дело? Решили облегчить ему страдания?

– Что-то вроде того. Неприятно знать, что он мучается, вот и ищем способы это прекратить. Тем более, он нам стал близок, он уже часть семьи. А оставлять его в мучениях, как семью, мы не хотим.

Мужчина едко, гаденько усмехнулся и наконец расслабился. Он собирался и дальше говорить то, что ему вздумается.

Пусть Александр слушает и понимает, что он лишь совершенно бесполезное существо, которого быть здесь не должно.

– Как это трогательно, помогать своим близким и родным, – на выдохе сказал Аделмар, его усмешка стала ещё шире и неприятнее, – но не в данном случае. Вы хоть понимаете, что он отвратительный плод мерзкого кровосмешения? Элураны не должны иметь никаких связей с людьми для чистоты крови своего потомства, иначе это полный крах, генетические уроды, которым суждено мучиться всю свою жизнь или не выжить.

Чем думала его мать, когда вынашивала, рожала и растила его? Его, дефектного уродца, нужно было без всякой жалости убить в первый же день!

Нино уже трясло, руки непроизвольно сжимались в кулаки, ему казалось, словно внутри кипела кровь. Хотелось заставить Аделмара заткнуться, выгнать из дома и после пойти к Александру на чердак и успокоить его, тот наверняка лежал и слушал всё это.