Выйти замуж за старпома

– В точку. Еще одного нужно.

– Ну, давайте запишем бритого!

– Ну, давайте. Черт с вами.

– Пиши: Михаил Тропарев его звали…

– Готово.

Бумажку осмотрели со всех сторон и одобрили. Потом кривоносый матрос скомкал ее, размахнулся и бросил. Белый комочек улетел за борт и сиротливо закачался на волнах. Лиза изумленно наблюдала за действом. Это языческий обряд, или как?

– Ну, все, Алиев, готово. Скреби!

Лиза выпрямилась: матрос Алиев приник к мачте, скребя ее пятерней и слегка посвистывая. Остальные заворожено наблюдали, покачиваясь в некоем подобии транса.

Лиза ошарашенно моргала. Это конец, папа загнал ее на корабль, полный язычников. Сейчас они помедитируют, а потом зайдут на камбуз, возьмут ножи и пойдут ее резать, как поросенка с гречкой…

Не в силах справиться с любопытством, девушка сделала несколько шагов по направлению к группе и громко кашлянула.

Результат был удивительным: пара секунд – и все пятеро стоят перед нею навытяжку, в том числе и Алиев, оторванный от мачты капитанским покашливанием.

Лица непроницаемые, глаза немного виноватые.

– Господа… вольно. – Лиза помолчала и робко осведомилась: – Вы зачем в море мусорите? Зачем мачту скребете?

Взгляды обратились на кривоносого – видимо, группа негласно выбрала его спикером. Спикер откашлялся.

– Разрешите доложить, капитан…

– Как вас зовут? – прервала его Лиза.

– Старший матрос Леонид Вейнберг, кэп. Мы… – он замялся. – Ветер приманивали.

– Простите, что?

– Поверье такое есть, – смущенно сказал Вейнберг.

 – Чтобы, значит, ветер приманить, надо на бумажке имена десятерых лысых написать, потом за борт выбросить и мачту поскрести.

– Поверье. – Лиза оглядела пятерых суеверных матросов и вздохнула: – Свободны…

Ну, надо же додуматься – мачту скрести! И лысых записывать. Чем эти лысые помогут? В паруса будут дуть, что ли?

Матросы разбрелись. Лиза испытывала странное ощущение: оказаться не глупой стороной в дурацкой ситуации. Обычно бывало наоборот: она казалась полной дурочкой, а окружающие недоуменно смотрели на нее и из жалости не комментировали ее действия.

Хотя поведение матросов нельзя назвать особенно дурацким. Может, они и правда в это верят. Вера, говорят, горами движет.

Взглянув на зажатый в руке морской словарь, Лиза побрела обратно на мостик. Поляков встретил ее сдержанным приветствием и коротким докладом на тему «В Багдаде все спокойно». Даже слишком спокойно, судя по кислым лицам двух вахтенных матросов, которым было нечем заняться.