Четыре лучшие истории о любви. Сборник

И ужасно хочется, чтобы все планы на завтра и послезавтра, которые Алексей расписывал яркими красками перед Геннадием, воплотились в жизнь: сходить вместе в кино, прогуляться по набережной, съездить за город к ее маме… Хотя нет, к маме, это, пожалуй, лишнее.

Ася прекрасно понимала: Малышев – это яд. Малышев – это серьезная проблема. Малышев… Что с ним не так? Что с ней не так? В конце концов, она не подросток на гормонах, способный влюбиться за пару дней. А ей безумно нравится эта игра. И то, что помимо игры – тоже нравится.

Вся эта нелепая ситуация уже доставляет ей удовольствие.

Реальность? Здравомыслие? Нет, не слышали.

– Ася? – Малышев зашел в комнату, оставив гостей, и присел прямо перед ней. – Все хорошо?

– Крем найти не могу.

– Нельзя крем все равно. Вот, лучше лед приложить, – в качестве последнего, правда, оказалась несъеденная пачка пельменей, обернутая кухонным полотенцем.

– Спасибо! – Ася, словно в первый раз, уставилась на Алексея.

Вот, что изменилось-то? Ничего, ровным счетом.

Тот же человек, что оказался у нее на кухне несколько дней назад. Те же глаза. Тот же голос. Те же большие руки. А все равно, будто кто-то другой. И если бы это все происходило в фильме, сейчас бы зазвучала романтическая музыка… А Малышев привстал бы на коленях, приблизил свое лицо и поцеловал. В губы. В первый раз обязательно коротко, отпрянув на мгновение, чтобы посмотреть на реакцию. А во второй – уже требовательно и уверенно.

Но ведь они не в фильме.

– Ты чего так расстроилась?

– Тебе показалось, – Ася постаралась не встречаться с Алексеем глазами, показалось, что он сейчас обязательно поймет, о чем она думает.

– Или просто устала?

– Да, – согласилась, лишь бы больше не расспрашивал, а то вдруг не выдержит, и расскажет.

– Я поставлю чай, и намекну, что хозяева устали, – но уходить Малышев не спешил, а поднялся на колени, прямо как в воображаемой сцене.

Сердце Аси подпрыгнуло, весь жар бросился в лицо. А пельмени, наверное, теперь только выбросить, потому что они наверняка превратились в монолитный несъедобный кусок теста и фарша.

Девушка боялась посмотреть на Алексея, поэтому внимательно изучала свои руки.

Малышев вдруг оказался очень близко. Слишком близко для случайно оказавшегося на кухне бывшего мужа Марины. И поцеловал… В щеку. Коротко и очень невинно. А потом ушел.

В этой сцене не было постановочного момента. Никто не снимал на камеру. И не следовал указаниям режиссера.