Четыре лучшие истории о любви. Сборник

Как она угадала? У Оксаны что, на лбу написано? Внутренний голос тоненько орал, чтобы девушка не подавала вида, что все это бред, ложь, пресловутый крючок, на который попадается доверчивая жертва.

– Но у тебя все хорошо будет. Ты добрая. И дорога впереди открыта. Дай руку, – не отставала цыганка.

В каком-то забытьи Оксана протянула руку.

– Кольцо мешает. Сними, – приказала гадалка.

К горлу девушки подступила тошнота и ощущение, что пора как-то сворачивать все эти махинации с сознанием. Но цыганка уже крепко вцепилась в руку, снимала с пальца тоненькое золотое колечко с бирюзой и приговаривала:

– Золото мешает.

Есть еще золото на себе? Цепочка, сережки, снимай. Давай бумажку, заверну, в карман уберешь, чтобы не думать, что я тебя обмануть хочу.

– Цепочки нет, сережки бижутерия, – какой-то толикой сознания оставаясь в себе, солгала Оксана, но послушно нащупала в кармане какую-то бумажку, достала ее и протянула цыганке.

Та схватила, зачем-то разорвала надвое, ловко завернула колечко, шепча то ли заговор, то ли молитву, потом опустила этот сверточек в карман девушки.

– Соперница у тебя. Красивая. Смелая, – снова схватилась за руку старшая ворожея, младшая же безучастно стояла рядом, внимала, и училась. – Ходит рядом. А парень ведется. Поддается на ее чары, – голос уже не казался таким дребезжащим, успокаивал, впивался, незаметно проникал в самые глубины, заставляя соглашаться с каждым словом. – Еще родители тебя не понимают. Токсичные отношения – слышала, да? Хотят, чтобы ты с ними всегда была.

Их маленькой девочкой. Давят. Тоже парня отводят от тебя. Встречаться не разрешают.

Оксана опешила, словно вдруг получила пощечину. При чем тут родители? Они у нее вполне адекватные. И отношения у них очень даже хорошие, по всем меркам. Чего эта тетка выдумывает?

Девушка вырвала руку. Сунула в карман, выудила сверточек.

– Бесноватая ты! – заявила вдруг цыганка. – Грех на тебе и наговор! – и начала истово крестить, поглядывая по сторонам.

Оксана развернула.

Вместо колечка в мятом обрывке лежало четыре рублевых монетки.

– Верните колечко! – сказала глухо, глубокими вдохами стараясь успокоить сердце.

Цыганки как-то разом развернулись и вышли под дождь. Пошли, не оборачиваясь, словно ничего их не касалось, и все это нелепое представление было устроено не ими. Оксана не собиралась отступать, пошла за ними, говоря все громче и громче:

– Верните колечко! Это бабушкино!

На них уже оглядывались редкие прохожие.