У Джульетты нет проблем

Вот зачем я соврала Катюшке??? Лучшей подруге! И почему? Испугалась! Что! Отдалимся! Как будто теперь лучше?

    (Из дневника Юлии Радостиной)

Плюшевый мишка, по кличке Заплатыч, сидел около монитора и смотрел на Юльку круглыми бусинками. В его голове не было сомнений, чувства печали или вины. Там и банальных опилок-то отродясь не водилось, только комочек синтепона. Заплатыч был весьма далек от страданий хозяйки. Но, потеребив пальцами мягкую лапку, она ощутила облегчение.

Юля открыла учебник и честно попыталась погрузиться в повторение темы перед завтрашней контрольной, но не получалось.

В голове крутилась мысль, что надо позвонить Кате и во всем признаться. Как подруга отнесется ко лжи – великая загадка столетия! И эта проблема мешала сосредоточиться.

Уже решившись было признаться, зашла на Катину страничку. Значок онлайна не горел: или на тренировках, или гуляет с Гальченко, или еще что. Решимость тут же куда-то делась. Вот если бы подруга сразу прочитала и отозвалась, может, поругала бы или посмеялась, – это одно.

А ждать в мучениях непонятно сколько – слишком тяжело.

Затем у нее появилась идея просто взять и удалить свою страницу. Есть же варианты: «молча покинул страницу», «со словами»… А потом рассказать Кате о душещипательном расставании с… Блин! Какой-то вал лжи! Юлька сейчас нисколько не удивилась бы, если бы у нее начал расти нос, как в детской сказке про Пиноккио. Даже захотелось в зеркало посмотреться. Только полезла за ним…

Во входной двери заскрежетал ключ. Сердце загрохотало в груди: для родителей еще рано! Воры?

Юлька схватила со стола телефон и ножницы и выскочила в коридор.

Встала, чуть наклонившись вперед, готовясь, если что прыгнуть. Или отпрыгнуть.

Но вошла мама.

– Юля? – Она с недоумением уставилась на дочь в боевой стойке.

– Ой, привет! Я так испугалась! – облегченно затараторила та. – Почему-то решила, что это воры!

– Как будто у нас есть что воровать, – скептически хмыкнула мама.

Сняла обувь, присела на топчан, потерла ноги, порылась в своей сумке, достала платок и высморкалась.

– Ты заболела, что ли? – поинтересовалась Юлька.

– Нет. Конференция была, раньше закончилась.

– Я тебя еще даже не ждала.

– Что, выгоняешь из дома?

Она выпрямилась. Посмотрела снизу вверх, но вызывающе. Опять эта холодность, недопонимание, вызов. Как будто Юлька – не родной человек, а враг, соперница.

– Да нет, мам. Просто привыкла, что ты всегда позже приходишь.

– Не поступай в медицинский.