Герой-любовник, или Один запретный вечер

– Алло! – откликнулась она.

– Ты где?

– Взяла отгул и дома отлеживаюсь. Я не могу идти на работу после таких событий. Мне нужно время, чтобы прийти в себя.

– Понятно. А я заболела.

– Температуришь?

– Тридцать семь и пять. А вечером был настоящий жар.

– Денис с тобой?

– Уехал за продуктами.

– Это хорошо, что ты не одна. А вот Васек куда-то смотался, ничего не объяснив. Как всегда, – с обидой сказала Милочка.

– Объявится. Слушай, тебе из милиции не звонили?

– Нет, – насторожилась Милочка.

 – А что?

– Я по поводу… француза. Интересно, кто он?

– Интересно? – не поняла мой интерес Милочка. – С какой стати?

– Ну… просто…

– Нет. Мне совсем неинтересно, – твердым голосом сказала Милочка. – И лучше бы его вообще не было.

– Я согласна с тобой. Но…

– Саш! Может, позвонишь в другой раз. Я вообще-то сплю.

– Ладно, приятных снов.

Я набрал телефон Эвы. «Абонент временно недоступен».

Выпив чай, я окинула взглядом кухню. Обычно я перед приходом Дениса прибиралась.

Но сейчас все было в порядке, ведь накануне приезда Эвы я все тщательно надраила и вымыла, так как мне не хотелось выглядеть перед сестрой грязнулей и неряхой.

Если Денис придет и увидит, что я тут распиваю чаи, то мне не поздоровится. Он даст мне нагоняй и погонит обратно в постель.

Я решила ликвидировать следы своего пребывания на кухне и выкинуть заварку в ведро. Чем скорее, тем лучше. Денис может вернуться в любую минуту и тогда меня размажут по стенке за самовольное расхаживание по дому.

Заварка была свежей, и ее, как улику моего пребывания на кухне, следовало упечь подальше – на дно ведра. Я взяла в руки ведро, но моя рука дрогнула, и оно покатилось по полу, демонстрируя свое содержимое. Проклиная себя за неуклюжесть, я, сев на пол – коленки подкашивались как у нервической барышни из тургеневских романов – стала торопливо сгребать обеими руками мусор.

Мое внимание привлек кусочек картонки. Я поднесла его к глазам. Это был обрывок билета на самолет.

Эвиного билета. На клочке была дата – двадцать пятое мая.

Двадцать пятое. Мне она сказала, что прилетела двадцать шестого. Значит, она пробыла где-то день. И ничего об этом не сказала. Специально? Или у нее были веские причины скрывать это. Француз убит примерно день назад. Стоп-стоп…

Я провела рукой по лбу. Похоже, ситуация складывается совсем скверно.

Эва исчезла и не откликается на мои звонки.

В нашем городе убит иностранец. Француз.