Сногсшибательный мачо, или Правило первого свидания

Наше свидание обрывается на высокой ноте, когда я уже мысленно рисую себе сладкие сцены. Это очень жестоко.

Я сглатываю. Надеюсь, в моих глазах он не видит этого разочарования и тоски.

– Ну… ладно, – говорю я нарочито-бодрым голосом. – Как-нибудь… в другой раз…

Роман уже в коридоре. Быстро надев кожаную курточку, он чмокнул меня в щеку. Его поцелуй по-братски снисходителен и ничем не напоминает ту ласку, с какой он еще недавно наматывал мои волосы на палец.

Я захлопываю за ним дверь и прислоняюсь к дверному косяку.

Мои ноги дрожат, и я чувствую себя полностью обессиленной и опустошенной. Как после хорошего секса. Мне хочется плакать. Ронька стоит рядом и, задрав морду, смотрит на меня. Мне кажется, он понимает, что происходит со мной. Я наклоняюсь к нему и говорю, четко произнося слова:

– Вот такая я неудачница, Ронька. И ничего у меня никогда не получается. Даже в день рождения – облом. А я-то рассчитывала на хороший вечерок.

Да что там говорить, собаке не втолкуешь, что я уже рисовала себе картины фантастического секса, которого у меня давно не было.

Ни секса, ни фантастического; я уже мысленно обнимала Романа и, вся дрожа, раздевалась под его ласковым взглядом, или он сам снимал с меня одежду, скользя чуткими пальцами по груди, животу…

Ронька смотрел на меня круглыми глазами, и я подавила вздох. Потом шмыгнула носом в предвкушении ожидаемого плача. Я перевела взгляд на тумбочку, так приговоренный к смерти пытается перед казнью зацепиться взглядом за знакомые предметы, и увидела там серый шелковый шарф, оставленный Романом.

Он не мог уйти слишком далеко. Я еще могу нагнать его и вручить забытую вещь.

Я крикнула Роньке, схватила ключи, и мы понеслись по лестнице.

Машина Романа стояла примерно метрах в тридцати от дома. Это я хорошо помнила. Бросив взгляд вправо, я увидела, что она стоит на месте с выключенными фарами. И, похоже, он в нее еще не садился. Может, Роман решил пойти пешком? Маловероятно. Я стояла около подъезда и нерешительно топталась на месте, не зная, в какую сторону направиться.

Неожиданно Ронька вырвался вперед и побежал к кустам, которые росли недалеко от дома.

– Ронька! – тихо крикнула я. – Ко мне.

Но пес не думал возвращаться. Он нырнул в кусты и отпрянул назад, потом подбежал ко мне с жалобным поскуливанием.

Я наклонилась к нему.

– Ронька, глупенький. Ты что?

Пес снова рванул к кустам.

Торопливыми шагами, чуть ли не бегом, постоянно оглядываясь по сторонам, я подошла к кустам.