Тень бытия. Книга вторая. Жажда

С Джошем Дженнифер дружила со школы, он разрабатывал движок. Антаро пришел по объявлению и занял должность пиар-директора, ну а третий, Оливер, неплохо оживлял персонажей игры, прибавляя к зарисовкам и готовым артам Дженнифер трехмерность в специальных программах. Работа в компании кипела с утра до позднего вечера. А иногда и всю ночь.

Бабушка поджидала Дженнифер, сидя на своей качалке рядом с раскидистой широколистной драценой в кадке, стоявшей у входной двери. Это была моложавая женщина лет шестидесяти, миловидная, с накрашенными ресницами и губами.

На ней была зеленая кофта, черная шерстяная юбка ниже колен и коричневые башмаки. Нелли Райд собиралась отправиться на прогулку – к стене была прислонена трость. Потеря сына состарила ее раньше времени, заставила плечи осунуться. Ее ноги еле передвигались без трости. И все равно Нелли прихорашивалась.

Она знала, что внучка опять улизнет из дома, не позавтракав, и потому подготовилась заранее.

– Дженни, завтрак стынет. Съешь блинчики с джемом!

– Ба, привет.

Извини, не могу. У нас с парнями назначена встреча на десять утра с самим мистером Голдом. Это такая удача! А еще мне с Джошем нужно посоветоваться, каких персонажей продюсеру лучше не показывать.

– Поэтому ты вчера заперлась у себя?

– Ага, – Дженнифер откусила на ходу большую спелую клубнику, добытую из вазы со столика перед лестницей. – Эти трудоголики опять меня забыли предупредить, поэтому пришлось работать до полночи.

– Они плохо к тебе относятся, милая. Тебе так не кажется?

– Кажется.

Но Джош – мой лучший друг, да и Антаро с Оливером – ребята неплохие.

– Вы, ребята, похоже, все из другого мира. Какого-то виртуального!

– Это точно, ба. Люблю тебя, – Дженнифер наклонилась к бабушке и поцеловала ее в лоб.

– Давай, беги. Торопитесь все куда-то, сами не знаете куда. А оглянешься, и вспомнить-то нечего…

– Не ворчи.

Дженнифер надела черное шерстяное пальто и, помахав бабушке рукой, сбежала по матово-охристым ступеням крыльца.

Она проходила один и тот же маршрут каждый день.

Пешком до метро по Шестой авеню, пять остановок в подземке и десять минут пешком до работы – итого выходило сорок пять минут. На автобусе этот же маршрут занимал на двадцать минут дольше – из-за частых пробок.

Дженнифер спешила на работу, жадно вдыхая воздух, напоенный свежей утренней прохладой. От яркого света – ослепляющего, резкого, жгучего – глаза слезились. Коричнево-зеленые тона сменились глухими серыми сводчатыми стенами.