Дремучее сердце

Посмотри! – Что-то больно схватило и спиралью выкрутило прядь волос влево. Селена, схватившись за ухо, и сама выкрутилась спиралью. С такой резкой болью и не разобрать, за что потащили. – Посмотри, говорю, вверх. Ну! Видишь, как ветки сцепились там? Даже если ветер поднимет тебя до самых верхушек самых высоких деревьев в этом лесу – не улетишь.

Хриплый смех, царапая воздух, заставил сотрясаться и плечи Селены, грозясь выдернуть прядь волос вместе с виском.

– Видишь, как переплелись ветви? Большой ночной паук давно уже не плетет паутину.

Потеряли былую хватку его быстрые да цепкие когда-то лапы. Нити с годами становились всё тоньше да слабее, а потом и вовсе исчезли. Еще и слепнуть стал, мух и комаров перестал видеть при свете солнца. А на старости лет нашел себе занятие. Карабкаться стал по стволам, к самым небесам, по ночам. Да те кренятся иной раз, разве что не ломаются. В размерах-то раздался паук, с тех пор как стал питаться мхом да падалью на болоте. Поменялся изрядно – шепчут те, кто видел его и жив остался. Хотя, жив ли. А ветви сплетал паук одному ему ведомыми узлами. Накрепко. Навсегда. Лишь бы не то что солнце в лес не попадало лучами, а даже так, чтобы луна запуталась в этих узлах. Чужд ему свет стал с тех пор, как молодость потерял, да вкус к мухам. А ты посмотри наверх, посмотри! – Волосы все еще крепко держало, но уже не дергало. – Небо видишь, звезды? То-то и оно. И не увидишь. Не ходи сюда больше. Сгинешь, и всем счастье здесь будет. А девочка наша на качелях рада-то как будет! Давно она ждет кого-нибудь в подруги забрать. Но, говорит – качели свои ей не уступлю. И даже не подвинусь. Но вон лодка заброшенная перевернутая возле сухого пруда. Пусть она на ней катается вечно, как и я – здесь. Ведь дети так любят кататься. А на чем – не так и важно, правда, девочка?

Селена, запустив пальцы в волосы, наконец, смогла выпутать меньшую их часть. Дернув головой посильнее, освободилась и вовсе. Толстый густой локон отпружинил назад вместе с веткой.

Заколыхался, прощаясь. Не участвовать ему больше в переплетении с розовой да белой ленточкой. Земля к ступням липнуть перестала. Споткнувшись двумя ногами разом, упала через лопнувшее бревно двумя ладонями во что-то мокрое. Белая ночнушка, чуть попав в расщелину, задергалась. Кто-то внутри пытался затащить её внутрь целиком. Селена, вскочив, заскользила. Схватившись за бревно одной рукой, другой резко дернула ночнушку. В бревне тоже дернули.