Дух леса: кровь и луна

– Что-то случилось?

Её по-детски наивное выражение лица заставило Лили улыбнуться.

– Что ты. Ничего такого, о чем бы тебе пришлось волноваться, – женщина ласково прищурила глаза.

– Тогда о чём вы хотели со мной поговорить?

– Ты знала о том, что по закону тебе принадлежит имение? – весьма серьезным тоном спросила Лили.

– Конечно. Тетушка Берта неоднократно говорила мне об этом.

– И о том, что существует небольшое условие, которое ты обязана выполнить, чтобы вступить в законные наследники?

Элиза опешила.

Какое условие? Никто ни о каком условии ей не говорил!

– Вы о чём?

– Девочка моя, тебе нужно провести пять ночей в имении, – слова Лили прозвучали так, будто она боится за Элизу, в глазах женщины читалась тревога, а губы были сжаты от видимого волнения. – Не менее.

Девочка непонимающе пожала плечами. Её немного озадачило поведение тети. На секунду Элизе показалось, что мама Артемиса давно больна, безвозвратно и совершенно серьезно. Девочка привстала с кровати.

– Вам плохо?

– Нет – нет, со мной всё хорошо.

Не волнуйся обо мне.

Лили встала, оперевшись руками о спинку стула, после чего достала конверт из кармана пиджака, и положила его на стол.

– Прочитай его, но прежде переоденься и спускайся ужинать.

Лили довольно быстро, для столь усталого вида, пересекла комнату, и скрылась за дверью. Разговор был явно не закончен. И, похоже, тетушка Лилиана была чем-то обеспокоена. Рассматривая себя в зеркале, Элиза то и дело бросала взгляд за спину, туда, где лежал конверт.

Любопытство и нетерпение поглощали её. Ещё бы, вчера ей казалось, что жизнь в этой деревушке обещает быть скучной, но уже сегодня она нашла книгу, о которой, возможно, не знали члены семьи Восинштейн. После легкого ужина девушка поднялась к себе в комнату, поблагодарив тетушку Лилиану за приготовленную еду. Элиза так торопилась, что уже на лестнице умудрилась пару раз споткнуться. И хотя она смогла удержать равновесие и не упасть, девушка всё-таки ушибла большой палец правой ноги, и, скорчив гримасу нестерпимой боли, проковыляла до комнаты. Заперев за собой дверь, она с большим нетерпением выдвинула ящик комода, едва не вытащив его полностью.

Дрожащими от волнения руками, Элиза взяла книгу в руки. Старый выцветший от времени кожаный темно-синий переплет был украшен множеством стершихся позолоченных узоров, на корешке присутствовала надпись – так можно было подумать, лишь взглянув на оставшиеся золотые крючки, напоминающие хвостики букв.