Альтернатива. Бой за власть

Но последний патрон отскочил от нэогарской брони, и генерал добавил:

– Но знай, ты полный дурак! – после чего ногой выбил оружие из рук врага. Удар нэогара сильно повредил локоть революционера; Джаин снова упал на землю, ослеплённый болью. – Рабы загнаны в угол! Пора их возвращать! – изрёк нэогар, всего парой слов обрекая людей на проигрыш.

Бессердечная, безэмоциональная, бесстрашная Империя сменила огонь на оковы. Людей, едва ощутивших вкус свободы, только свыкшихся с тем, что они более не рабы – что бы те ни делали, как бы ни защищались – отлавливали и вволакивали в клетки, подоспевшие вместе с последней третью войска.

Массивные, высокие восьмиколесные грузовики каскадом из более чем сотен единиц застыли с горящими из кабин глазами водителей, что получив сигнал о заполнении «багажом» клеток – разворачивались и мчали обратно, откуда явились – в клятую Империю. Нэогары прекратили всякий огонь, всякую атаку и убийства. Любой ценой и самой страшной жертвой – они обезоруживали и отлавливали рабов, что бежали от холодных господ как звери от огня.

Джаин, распростёртый у ног Кана, с ужасом за этим наблюдал. Его сердце обливалось кипящей кровью сожаления, и вины. Как можно громче, он что было мочи крикнул:

– Нет! Не смейте! Оставьте их! Люди – спасайтесь! Убегайте-е-е…– сморщив веки над намокшими глазами, выплеснул Джаин, утихая под конец.

– Радуйся, что императору ты нужен живым.

Последнее, что запомнилось первейшему рабу – глухой удар по голове тяжёлой стальной подошвой.

Снова открыв глаза – а для этого потребовалось не мало усилий, первый самостоятельный человек увидел ночь. Мрак на всём материке встретил революционера сквозь прутья небольшой клетки, где вместе с Джаином пребывали ещё пятеро израненных людей, безжизненно глядевших в пол. Несколько подобных клеток держались на грузовиках, что освещали ночной материк фарами. Но и без их помощи понятно было – людей на фронте не осталось. Их либо убили и в слабом свете виднелись трупы, либо пленили и волокли в Империю.

Клетка с главным бунтарём ничем не отличалась от любой другой. Но именно к ней подошёл генерал Кан. Увидев на себе лишь один взгляд, он спросил у Джаина, спокойно, без любых эмоций:

– Скажи, оно того стоило? Вы ведь знали, что проиграете эту битву. К чему подобная глупость?

– Даже тень надежды на избавление от рабства, того стоила, – подползая к краю клетки, схватил Джаин прутья руками.