Призраки прошлого

Но вместо того, чтобы сделать это самому, проявить сочувствие и попытаться установить с ней некое подобие отношений, он предпочел прислать своего ближайшего доверенного лица, Станислава Прохорова, молодого человека двадцати пяти лет, уже далеко продвинувшегося в криминальной среде.

Не успела в ней прорасти детская надежда, что жизнь теперь изменится к лучшему, что, возможно, отец начнет проявлять к ней больше интереса и она наконец нашла в нем родственную душу, как он тут-же растоптал девственный бутон невинной детской веры, чистейшей в своем роде, решив вскоре после ее приезда в Россию отправить Милу в престижную знатную школу-пансион в Англии.

В Питере развивались жестокие войны между группировками, не позволявшие отцу показывать слабость. Снова пытаясь уберечь свое дитя, отец так даже и не познокомившись с ней, отправил ее в Лондон учиться. И только после окончания школы, спустя шесть лет, девушке в возрасте восeмнадцати лет позволили наконец-то вернуться в Россию, и познакомиться со своим отцом. Тот в течении прошедших нескольких лет легализовал свой бизнес и превратился из криминального авторитета в крупного и преуспевающего бизнесмена. Голос отца вернул девушку к реальности.

– Я очень рад твоему приезду, дочь, хоть и немного озадачен, если быть честным.

Мила усмехнулась.

– Если быть действительно честным, то ты не просто немного озадачен моим приездом, а скорее прeбываешь в полном недоумении.

– А ты этому удивляешься? Почти в течении десяти лет я не мог добиться твоего приезда в Россию.

А тут ты ни с того, ни с сего звонишь и спокойно обьявляешь, что прилетаешь.

Он внимательно посмотрел ей в лицо.

– У тебя все хорошо, дочь?

Мила наклонила голову вправо и присмотрелась внимательней к отцу. Вроде бы она расслышала в его голосе заботу. И прозвучало это даже довольно таки правдоподобно. Но она как всегда сомневалась в правдивости слов отца и гнала от себя глупые детские надежды на то, что отец и действительно мог искренне о ней заботиться и любить, хотя и не могла отрицать что он проявлял определенную привязoнность.

К сожaлению стал он ее проявлять слишком поздно, и совсем неубедительно. Она вздохнула и отмахнулась от угнетaющих мыслей.

– Если я скажу, что просто соскучилась по тебе и решила проведать, ты мне поверишь?

Отец усмехнувшись помотал головой.

– Скорей всего нет.

Он прочистил горло и поправил снежно-белый галстук. Миле показалось, будто он нервничал.